Онлайн книга «Ненавистная жена»
|
— Нормальный вкус — шоколадный, — удивляется Максим, успев справиться с первым круассаном и половиной большой чашки кофе. Пожав плечами, он ловко достает из кармана рюкзака пакетик снека и подкидывает на ладони. — Если не нравится, возьми вот это. Я купил хрустящий копченый сыр со вкусом краба — объедение! Только мне оставь половину, а то еще дуба дам с голодухи! Но Максим точно не умрет с голода. Во всяком случае, не сегодня. Едва я слышу «копченый» и «краб», мне разом становится дурно. Да так, что приходится схватиться рукой за подоконник и отступить. К горлу подкатывает тошнота, и я искренне выдыхаю: — Фу! — Ты чего, Марин? — изумляется Максим. — Ничего. Просто убери это от меня, пожалуйста! — И ничего не «фу», а очень даже съедобное, — ворчит парень, оглядывая упаковку снека, и поворачивается ко мне в кресле. — Слушай, Борзова, ты, случайно, не заболела? Какая-то ты бледная сегодня. Еще полчаса назад со мной все было хорошо. И совершенно точно я приехала на работу здоровой. — Нет. Просто… просто голова закружилась вдруг. И душно стало. Ты не против, если я открою окно? Наверняка круассан попался несвежий. — Марин, на улице дождь и холодина! — останавливает меня Максим. — А ты мерзлячка. Мне потом твой муж по шее даст, что не уследил за тобой! Он мне, между прочим, свои шорты бойцовские обещал подарить! Нет, здесь что-то не то. — А что может быть «не тем»? — У меня сестра на пятом месяце беременности, так вот ее летом точно так же от моих креветок воротило. А сейчас она их трескает, будь здоров!.. Эй, Марин, ты куда?! Но я уже одеваюсь, доставая из шкафа пуховик и шапку. Кладу в сумку телефон, вешаю ее на плечо и выключаю компьютер. — Максим, я, наверное, не приду сегодня. Мне нужно в аптеку. — А… — Срочно! Нет, не говори ничего ребятам. Просто ушла! Скажи, что забыла закрыть дома дверь… * * * Но я ничего не забыла. В том числе и своего прошлого. Ну вот, это случилось. Я беременна. Все три высокоточных теста, купленных в аптеке, показывают, что уровень гормонов в моем организме изменился, и виной этому моя изменившаяся личная жизнь. Новость еще не успела осесть в сознании, а паника уже подступает к ногам, вползает под кожу знакомым холодком и ледяными щупальцами оплетает тело. Затапливает собой каждую клеточку, с новой секундой сильнее сдавливая дыхание. Мне дурно, плохо и тревожно одной в тишине пустого дома. Живот сжимают тиски страха, и я, откинувшись на стену, прислоняюсь затылком к холодному кафелю. Только тот, кто однажды потерял ребенка, сможет понять этот страх. Потому что объяснить его силу — невозможно. Думала ли я, что наши ночи с Борзовым закончатся беременность?.. Нет, не думала. Я запрещала себе думать, потому что за этой мыслью приходили следующие: а вдруг я больше не способна выносить ребенка? А вдруг переживу это снова? Что, если дело во мне, и я обречена терять? Мне нужна помощь. Прямо сейчас. Пока не вернулась депрессия, из которой я себя едва достала, а с ней и память о пережитом ужасе и боли. Выдохнув, я подхожу к раковине, открываю кран и подставляю лицо прохладным струям воды. Плескаю в лицо снова и снова, смывая макияж, делая глотки и тщетно пытаясь успокоиться. Потеряв линзу, убираю вторую и надолго прикладываю к лицу полотенце, замерев так на несколько минут. |