Книга Сокол и Чиж, страница 128 – Янина Логвин

— Все будет хорошо, Чиж! — сказал уверенно. — Ты главное верь в меня, ладно? — тихо попросил, и в этот момент словно что-то важное пронеслось между нами. Я, не отрывая от него взгляд, кивнула:

— Да. Я верю в тебя, слышишь! Ты победишь!

Что такое мужской азарт — рассказывать не надо. Я знала, что он бывает разным — коротким, продолжительным, затаившимся и эмоционально-ярким, но одинаково сокрушающим любые преграды на своем пути. Действующей энергией, противоречащей здравому смыслу.

Наша компания выстроилась у дорожки, где играли парни. Девчонки недовольно посматривали на меня, но мне было плевать. Я не заставляла этого Руслана оказывать мне знаки внимания. Тем более зная, что он хочет задеть этим Сокола.

Чем дальше шли фреймы, тем тщательнее готовились парни к броску, и серьезнее становилось само настроение игры. К концу девятого фрейма Сокол снова проигрывал Руслану два очка и тот, заметно расслабившись, посмеивался, подтрунивая над соперником. И только когда Сокол выбил в десятом фрейме страйк — напрягся, понимая, что если он хочет обойти Артема, ему так же необходимо закрыть последний фрейм страйком или сбить по меньшей мере девять кеглей. О счете вничью не могло быть и речи.

Разбег, замах…

— Марджанов, мне кажется или у тебя дрожат руки? Смирись, сегодня удача на моей стороне.

— Не говори «гоп», Сокол! Сейчас узнаем на чьей!

… Крученный шар гулко покатился по кленовой дорожке к кеглям, а мы все затаили дыхание. Бах! Пройдя левым краем, сбил шесть кеглей и исчез в нише.

Финал игры. На табло высветились очки и имя победителя.

— Но как?! Не понимаю… — брюнет стоял, скрючив пальцы у волос, не веря своим глазам. — Твою мать!

Если честно, я тоже не понимала секунды две, что произошло, а потом меня осенило, когда вокруг образовалась тишина.

Сокол выиграл. Выиграл! Он действительно победил, как и обещал! Я так испереживалась, что с радостью бросилась ему на шею.

— Ура-а! Артем! Ты выиграл! Я верила, честное слово верила! Ура-а!

Было так легко и просто обнимать его, и все равно что думают другие.

— Да. Она твоя, Чиж, — услышала смех и почувствовала, как меня в ответ обняли сильные руки, отрывая от земли. — Эта проклятая роза твоя!

— Ураа! — зал боулинга завращался вокруг.

Сокол осторожно поставил меня на ноги и подошел к одному из парней, чтобы забрать из его рук цветок.

— Марджанов, клянусь, — обернулся к Руслану, — в следующий раз лучше не попадайся мне на глаза! Скажи спасибо Анфисе, что я вовремя сдержался.

— Анфиса, спасибо! — ничуть не обиделся тот. Странный тип! — А я что, я ничего, — пожал плечами. — Согласен, продул, как последний лох! Теперь готов идти за выпивкой — задабривать удачу на будущее, — засмеялся. — Вот только увижу своими глазами, как твоя девчонка тебя поздравит, и сразу же выставлюсь! Обещаю!

Скулы на лице Сокола напряглись. Он отпустил меня, но мы по-прежнему продолжали смотреть друг на друга. Сказанное Русланом прозвучало вполне логично для ситуации и радости влюбленной пары, если не считать того, что парой мы не являлись. Ведь не являлись?..

Я с неожиданным сожалением поняла, что Артем не сделает первый шаг. Вот здесь и сейчас — не сделает. Сегодня он и так сделал для меня очень много. Теперь была моя очередь благодарить его за вечер и даже лучше, если это случится на глазах у друзей, раз уж он от меня не отказался, когда была такая возможность. Вряд ли бы я решилась на что-то подобное, останься мы одни. А я хотела. Как любая живая девчонка, способная чувствовать огонь, не переставала думать о поцелуе с ним с той самой ночи, когда он решил меня проучить.