Книга Влюбись в меня, Воробышек!, страница 128 – Янина Логвин

— Не говори так, – прошу.

— Я уже и сам не знаю, Рита. Но оторваться от тебя не могу, разве ты не видишь?

— Я не хочу, чтобы мы ошиблись, Даня.

— А я не хочу, чтобы ты исчезла из моей жизни. Черт его знает, Ромашка. Вдруг это судьба? Я уже думаю, что не так уж и отличаюсь от Ваньки…

Он приникает губами к моей шее и опускает вторую руку на мою ногу. Смяв подол юбки, гладит внутреннюю поверхность бедра, поднимая ладонь выше – туда, где особенно нежно и горячо после нашей первой близости. Продолжая ласкать грудь, подбивает бедром моё, раскрывая его, и с жарким выдохом проводит пальцами между моих ног, заставляя меня буквально затрепетать под этой лаской и потерять дыхание…

Я даже не замечаю, как впиваюсь в его голые бедра руками.

— Дыши, Золушка, – слышу нежный смешок, щекотнувший мою щеку, – мы только начали.

— Стой!

— Нет. Помнишь, ты обещала не краснеть? Я твой мужчина, Рита, – голос Воробышка твердеет, но остается ласковым, – со мной все можно!

— Скажи, тебе нравится меня… дразнить?

Это не то слово, не подходящее, а нужное не хватит смелости произнести. Я могу только чувствовать, борясь с собственным смущением, как сладкий жар желания опаляет тело. И как слабость в ногах заставляет откинуться на сильную грудь парня.

— Очень, – не отпирается он. – Но не только.

— А что еще?

— Трогать. Где запретно. Для всех, кроме меня. Ведь так, Рита?

Я смущена его откровенностью и вряд ли решусь ответить, но он и сам знает, что так. Мое тело послушно откликается на все вопросы и буквально плавится, не оставляя сомнений.

Так. Невозможный Воробышек, я с первой встречи потеряла от него голову! А теперь готова потерять и стыд.

— Какая ты теплая, Ромашка. Нежная. Так бы и съел!

Данил поворачивает меня к себе лицом и целует в губы. Отпускает их с тяжелым выдохом, будто ему сложно от меня оторваться.

— Отомри, – просит, взяв за талию, и усмехается чуть скошенной улыбкой, когда я замечаю, что зажмурилась и открываю глаза. – А то подумаю, что тебя пугаю. Мы все продолжим, обещаешь? Только так я могу остановиться.

— Да.

И снова поцелуй в губы, на этот раз короткий и мягкий.

— А сейчас лучше принесу тебе полотенце и сделаю для нас кофе. Похоже, меня слегка занесло. Уф!

Слегка? Он смеется и уходит, не стесняясь наготы своего красивого, сильного тела, а я на секунду прикладываю ладони к горящим щекам. Только его? О, нет, и меня тоже. Да еще как!

Данил оставляет меня одну, но вскоре возвращается с полотенцем и своей футболкой. Когда я выхожу из ванной комнаты немногим позже, закутывает в теплый халат, надевает носки, и утаскивает за собой на балкон, где стоит небольшой столик и два кресла. И где довольно уютно, чтобы провести время вдвоем.

Он надел свободные штаны и спортивную кофту, оставив ее расстегнутую на груди. Сварил для нас кофе и с серьезным видом принес бутерброды, которые сделал сам. Не забыл про конфеты. Есть я не хочу, а вот от горячего, в меру горького кофе отказаться не могу. И, конечно же, от черного шоколада. Я пью напиток с удовольствием, с балкона открывается красивый вид на набережную и реку, и в этот по-весеннему солнечный день мне просто хорошо, потому что Данил меня обнимает.

— Расскажи еще что-нибудь о себе, Рита, – просит, когда я заканчиваю рассказ о том, как мы жили с мамой Дашей, Степаном и Сонечкой до того, как в нашей жизни появился Андрей Воронов. И что я помню из своего раннего детства. А что помнить не хочу.