Книга Влюбись в меня, Воробышек!, страница 125 – Янина Логвин

Мне его тоже мало, и я говорю это своим поцелуем. Он обрывается вместе с дыханием, когда Воробышек заполняет меня собой, опускает на бедра, с тихим стоном прикрыв глаза.

— О, да, милая…

С ним хорошо. С первого разу было необыкновенно. Не знаю, о чем Юлька говорит, но разве может секс не запомниться, если двое нравятся друг другу? Если их тянет. Если между ними существует притяжение такой силы, что не оставляется место сомнению и укорам совести?

Хотя, много ли я знаю об отношениях других, чтобы судить? Еще недавно я сама думала, что смогу сбежать и забыть Воробышка. Смогу поверить, что мои чувства к нему ошибка. А вышло…

Глупая.

Юбка на талии расстегнута и смята, руки Данила лежат на моих голых бедрах, он поднимает взгляд к моему лицу, и тянется пальцами к волосам. Просит вдруг, погладив шею:

— Распусти их.

Мы так близко, что мои длинные волосы наверняка укроют нас, но я послушно поднимаю руки и распуская густые пряди. Чуть встряхиваю их – светлые и волнистые, позволив свободно рассыпаться по плечам.

— Рита, я говорил, что ты красивая?

— Да, когда украл меня из «Мараканы» и привез сюда.

— Всего один раз? – искренне удивляется Данил, как будто не верит себе.

— Мне достаточно, если ты так считаешь.

— А мне – нет. Знаешь, Ромашка, если бы тебя такую увидел кто-нибудь другой – я бы его убил.

Это признание, судя по тому, как Воробышек на секунду плотно сжимает губы, звучит неожиданно не только для меня, но и для него тоже. Будто что-то настоящее пробилось сквозь нас и озадачило обоих. Он смотрит на меня, продолжая гладить большим пальцем шею, и мне вдруг хочется ему ответить.

Я сама целую его. Склонив голову к губам парня, обхватываю их и ласково нежу, то припадая к ним, то отпуская – так же неспешно и чувственно, как он во мне двигается. Провожу ладонями по сильной спине, впитывая тепло кожи и новые, потрясающие ощущения близости, еще более откровенной, чем мы узнали раньше.

Природа словно сама направляет меня. Пробудив женское начало, помогает открыться, и я уже смелее веду бедрами, отвечая своему мужчине.

— Рита, тебе комфортно? Я немаленький.

— Поверь, я это заметила.

— Я боюсь тебя опускать полностью. Скажи, если…

— Вот так?

Из Воробышка вырывается шумный выдох, когда я обнимаю его бедра своими и подаюсь вперед, встречая новый толчок. И сама от ощущения наполненности выбив из собственных легких дыхание. Принимаю его в себя снова, потому что иначе нельзя.

— Ромашка, ты меня наизнанку вывернешь! – признается он, с жадностью перехватив инициативу в поцелуе, и вдруг улыбается в губы: – А с виду такой цветочек. Даже боюсь думать, на что ты окажешься способна, когда войдешь во вкус. Сплетешь из меня коврик для ног?

— Нет, лучше теплое одеяло. Мне нравится, как ты меня обнимаешь. И… это всё ты!

— Не спорю. У меня от тебя сразу крышу сдвинуло.

— Когда? Неужели после кружки теплого молока?

— Нет, раньше. Как только дотронулся до тебя, – он сжимает ладонями мои ягодицы и ловит губами подбородок, – еще в машине. Тогда ты сразу взяла меня за кадык.

Надо же, как приятно слышать подобные признания, пусть они глупые и несерьезные. Знаю, словами можно сказать, что угодно, но отношение не подменить, и я чувствую, что желанна Воробышку, и будь что будет!