Книга Обнаженные розы, страница 109 – Юлия Поспешная

-Небось если бы Ника сама так попала, вообще бы никому не сказала.-проговорила Оля.

Они встали возле её двери.

-Да хорошо было бы, чтобы она почувствовала на своей шкуре, как это.-с неожиданной, злой мстительностью проговорила Лерка.-Но эта ж принцесса слишком правильная, чтобы себе такое позволить.

-И небось поэтому, ставит себя выше других.-поддакнула Оля.

Она открыла свою квартиру, они вошли внутрь.

-Спасибо, что ты ей запретила приходить, Оль.-сказала Лера, снимая кеды.-Я бы ей глаза выцарапала, если бы она припёрлась.

-Ну, Лер... я ж твоя подруга.-пожала плечами Оля.-Я же понимаю...

Воспоминание растворилось, сникло, испарилось. Быстро и неожиданно, как и всегда.

А я осталась стоять не подвижно, перед дверью.

Держа в руках купленный подарок.

В моей голове эхом звучали слова Леры и Оли.

Мне показалось, что мне под сердце, куда то очень глубоко, чтобы побольнее, с силой вогнали лезвие ножа и несколько раз с остервенением повернули.

Я вздрогнула. Плаксиво всхлипнула. Безвольно отступила на шаг от двери. Затем ещё на шаг. Запнулась одной ногой за другую, пошатнулась.

Снова влажно всхлипнула. Закрыла глаза. Проглотила обиду.

В коленях растекалась вязкая и мякнущая слабость.

У меня опустились и задрожали плечи.

Горло словно сдавило тугой, жесткой петлёй.

Удручающее, саднящее и прогорклое чувство разрослось во мне.

Оно походило на безлистное сухое дерево, с кривыми, колючими, крючковатыми ветками.

Его ветки напоминали узловатые руки с загнутыми, длинными когтями.

Эти многочисленные руки-ветки дерево горестной обиды запустило в мое тело, сжало живот и легкие, сдавило сознание, поразило душу, обвило сердце.

Я закрыла глаза. Под веками дрожали хаотичные, слабые огни.

Я чувствовала, как щиплет и слегка печет глаза.

Я вспомнила слова Леры.

«Спасибо, что ты ей запретила приходить, Оль.»

Я открыла глаза. Несколько секунд смотрела на дверь. Оттуда доносился чей-то заливающийся смех.

Я осторожно повесила пакет с подарком на дверь.

Затем передумала. Сняла его. Потоптавшись и подумав, я направилась вниз по лестнице.

Мои одинокие шаги, шепчущим эхом звучали в стенах тихого подъезда.

Я вышла на улицу.

Погода сегодня была просто чудесной и живописной. Вселяла уют и умиротворение.

От этого мне было ещё горше.

Я присела на скамейку, возле пустой детской площадки.

Я смотрела на бредущего вдоль бордюра голубя. Затем перевела взгляд на украдкой пробегающую вдоль дома бездомную собаку.

Знаете, что между ними и мной сейчас есть общего?

Они тоже никому не нужны, и от них тоже все отвернулись.

Интересно они-то в чем провинились.

Я невесело, грустно улыбнулась своим дурацким мыслям.

Подняла взгляд на небо. Солнце коснулось моего лица.

Его прикосновение казалось ласковым, утешающим жестом.

Я поняла, что опять плачу. В который раз уже за последние несколько дней.

-Почему ты плачешь?-раздался чей то тонкий, робкий голосок.

Я опустила взгляд.

Возле меня стояла малышка лет пяти-шести. В голубом платьечке и белых босоножках, со своими пышными каштановыми волосами, завязанными в два хвостика, она производила умилительное впечатление.

Я приветливо, устало улыбнулась ей, быстро смахнула слёзы.

-Просто... день не задался.

-Тебя кто-то обидел?-спросил ребенок, глядя на меня большими, искренними светло-лазурными глазками.