Книга Красные нити, страница 125 – Юлия Поспешная

Я чувствовала, что иду по тонкому льду, или по лезвию ножа, образно говоря. Но иногда путь к душе человека, и дорога к сердцу проложены хрупким льдом, под которым пропасть пекла.

И сегодня, здесь, сейчас это был именно такой случай.

И я шла. Осторожно. Не торопливо. Уверенно.

— Тебя не редко избивали, верно? — спросила я, и сделала шаг вперёд.

Пистолет подрагивал в руке Капитонова.

— Это было отвратительно, — покачала я головой. — Тебя считали слабым, хотя таким никогда не был. Ты продолжал бороться… Ты продолжал добиваться признания. Ты всего лишь хотел быть в компании… Чтобы у тебя были друзья, приятели, и конечно, любимая девушка. Как у всех.

Я вздохнула. Капитонова всхлипнул.

— Ты оставался сильным, не смотря на то, как часто тебя отбрасывали, пинали и отвергали, — продолжала я.

— Откуда… тебе знать-то… — выдохнул Капитонов. — А? От… откуда?

Я пожала плечами, чуть усмехнулась. По-доброму, тепло и сочувственно.

— Только сильный человек мог оставаться таким же упорным и старательным как ты.

Я подошла ближе. Теперь между нами было всего два-три шага. Я видела подрагивающий блеск в его глазах. Видела скопившуюся в душе Капитонова боль, стыд, и страх.

— Единственный раз, — продолжала я, — когда ты чуть не оступился произошел из-за того, что тебе отказали в выдаче диплома. Ты помнишь? Помнишь этот день Капитонов?

— Ты… — выдохнул Исидор. — Ты… откуда… к-как… Но…

— В ту ночь ты много думал, — продолжала я, — ты не смог справиться с этим, и решил покончить с жизнью. Помнишь ту ночь, Исидор?

Пистолет выпал из руки вздрогнувшего Исидора, и с тяжелым металлическим стуком ударился об пол.

— Я… Но… К-как… — на растерянном лице Капитонова отразилось шокированное непонимание.

Его рот приоткрылся, а брови выгнулись вверх, губы задрожали. Всё это придало его лицу скорбное и слезное выражение.

— Я тебя… помню… — всхлипнул он, глядя на меня.

Я оторопела. Перед глазами промелькнуло то воспоминание, та ночь из жизни Капитонова, когда он чуть было не сделал роковой безвозвратный шаг.

Я вспомнила тот миг, когда Капитонов увидел меня и закричал… Но… Но это же было его воспоминание. Я же не могла… быть там.

— Я тебя… помню! — ошарашенно громко прошептал Исидор, таращась на меня с взбудораженным потрясением на лице. — Я тебя помню! Ты… Ты была там! Ты… Ты была… там… на крыше… Когда… Когда я…

Он нервно сглотнул, пожирая меня глазами.

Я, в свою очередь, сбитая с толку глядела на него. У меня не укладывалось в голове, то что он мне сказал. Он не мог меня помнить! Не мог… и не мог увидеть. Но увидел… Что всё это значит?

Капитонов судорожно втянул воздух, шагнул назад, глядя на меня с нескрываемым ужасом.

Я, подчиненная какому-то, страшному наитию, наоборот подошла к нему. И молча взяла его за руку. Он не сопротивлялся.

Мои глаза застлала вспышка света, я начала падать, но чьи-то крепкие руки удержали меня от падения.

… Я стояла посреди дремучего леса. Меня окружали голые, лишенные листвы деревья с корявыми ветками. Вокруг плыли густые облака тумана. А сверху глядела немая ночь.

Я, затаив дыхание огляделась. Со всех сторон меня окружали сухорукие и криволапые деревья с когтистыми ветками.

Слыша свое гулкое сердцебиение, я осторожно прошла вперёд. В рассеивающемся густом тумане я увидела темную безжизненную почву без единого зеленого стебелька травы.