Книга Неоновые росчерки, страница 436 – Юлия Поспешная

Да, тут она была права. Хорошо ещё, что мы стояли на не трассе, а на съезде — иначе мы бы серьёзно рисковали, что какой-нибудь водитель-полуночник в нас впилится на скорости выше восьмидесяти.

Потекли тяжёлые и изматывающие минуты ожидания…

Ожидание и нервирующая неизвестность, одно из самых тяжелейших испытаний!

Я то и дело вертелась и смотрела по сторонам, ожидая увидеть Стаса и опасаясь обнаружить убийц в Масках.

— Хватит ёрзать, — одёрнула меня Амалия, — лучше скажи, как ты себя чувствуешь?

Самочувствие у меня было так себе: тошнило, сильно кружилась голова и подкатывающие приступы боли атаковали то голову, то зарождались в плевральной области, в районе живота.

— Лучше, — слегка приврала я.

— Тебе следует следить за тем, чтобы не перенапрягаться, — заметила Амалия. — Силы, к которым ты обращаешься, Природа, Мироздания, Общемировое Сознание… Это могучие, величественные и совершенно беспощадные стихии. Если ты зачерпнешь от них слишком много, если залезешь слишком глубоко, не будучи готовой справиться с ответным воздействием на твой организм… Не буду скрывать от тебя правду: ты умрёшь. И при том довольно болезненно и мучительно.

— Звучит очень обнадёживающе, — хмыкнула я.

— Я не собираюсь тебя обнадёживать, — немного резко и с прохладностью в голосе ответила Амалия. — Я собираюсь учить тебя. Твои умения — это, не достояние, не предмет гордости и ни в коем случае не благословенный Дар. Нет! То, что ты умеешь, скорее накладывает на тебя тонну ответственности, это в гораздо большей степени бремя, тяжкое, бесконечное и истощающее. Жизнь Первой, никогда не сможет быть беззаботной, как у человека. Люди живут кратко, часто не думая не о прошлом, ни, тем более о будущем. А если и думают, то у большинства из них оно схожее, как по шаблону — дом, машина, деньги, дети, всё. Они больше любят развлекаться, чем работать, а потом еженедельно жаловаться друг другу на жизнь. Часто поддаются элементарной и губительной лени, забывая, что деятельность — основа их существования. Многие из них ходят на работу с единственной мыслью об отпуске или ближайших выходных.

Амалия невесело усмехнулась.

— У тебя, с годами, такой роскоши будет все меньше и меньше. Твои силы будут расти, Синеглазая. Тебе придется учится справляться с ними, особенно если ты продолжишь применять их для помощи Стасу…

— Продолжу, — тут же, запальчиво, воскликнула я.

— Я не сомневалась, — усмехнулась Амалия, — и рада твоему ответу. Потому, что среди тех, кого вы со Стасом будете искать, не редко могут попадаться представители Красного двора, как Первые, так и их софитиды, или же прирученные софитидами или Первыми из Красного двора люди.

— Что такое Красный двор? — немедленно спросила я.

— Если коротко — вся история Конфликта Великих Дворов займет недели рассказов, и то без подробностей — то это враждебная Белому двору фракция.

— А я…

— А ты, твоя прабабушка и ещё ряд Первых, как раз из Белого Двора, — кивнула Амалия.

Ага, то есть я, неожиданно для себя, состою ещё и в какой-то фракции.

— И чего хочет этот Красный двор? — настороженно спросила я.

— Ты будешь разочарованна банальным и ожидаемым ответом, — хмыкнула Амалия.

— Власти над миром? — фыркнула я.

— Власть, Ника, определяет всё — могущество, богатство, влияние и силу. Её все хотят. Красный двор, финансовые кланы, которыми они повелевают, террористы, наркокартели, мировые правительства… Белый двор, кстати, тоже не исключение. Разница между философиями и взглядами двух Великих Дворов, такая же, как и миллионы лет назад: Белые жаждут развивать сегодняшний мир, пресекать попытки людей уничтожать друг друга, жаждут учить людей и помогать им, чтобы они созидали и развивали, прости за тавтологию, строили мирный мир… Не утопию без войн — это не возможно — но более гармоничный, более безопасный и спокойный, придерживающийся баланса, мир, под управлением Белого Двора, разумеется.