Книга Девяносто девять дней в "Сантосе", страница 103 – Юлия Поспешная

Я запоздало поняла, ЧТО сейчас будет и поздно подалась назад.

Рос быстро, но осторожно дернул меня за руку, притягивая к себе.

В следующий же миг раздался шумный всплеск, вода взорвалась бурным вулканом брызг, окатив меня и Ростислава. А затем сильная волна толкнула меня в грудь.

— Спасибо, Борь! — крикнула я убирая с лица промокшие волосы. — А я всё беспокоилась, как бы мне волосы не намочить и макияж на лице сохранить!

Я быстро-быстро моргала своими накрашенными ресницами, искренне надеясь, что у меня не потечет тушь и подводка.

Однажды из-за похожего случая с водой и косметикой, я, нежданно-негаданно заработала себе продолжительный коньюктивит. Впечатления так себе.

Пока я пыталась проморгаться, как следует, мои ладони неожиданно наткнулись на чью-то прокаченную твёрдую грудь.

— Ты в порядке? — заботливо проговорил снова оказавшийся рядом Ростислав.

— Да, — чуть кривясь, ответила я, — но я всё же не рассчитывала на подобные цунами, местного значения.

— Когда рядом Беркутов, нужно быть готовым ко всему, — усмехнулся Ростислав и незаметно, под водой, приобнял меня за талию.

Но я тут же выскользнула из его обманчиво робких объятий и отплыла подальше. Парень проследил за мной лукавым взглядом и снова многозначительно ухмыльнулся.

Трактовать его ухмылку можно было по-разному: от «ты всё равно будешь моей» до «тебе никуда от меня не деться».

Поэтому я оставила гадания о смыслах мимики на лице Жарковского и обернулась замершую у края ступени Сашку.

Как и я, девушка не решалась спуститься в море. Но если я испытывала лишь слабые опасения, то Саша откровенно, непонятно почему, трусила, и неуклюже мялась на ступенях, водя пальцами правой ноги по водной поверхности.

Наконец, к ней подплыл Борис и, протянув руку, внушительно, но с чарующей мягкостью, проговорил:

— Бери меня за руку и спускайся ко мне, тут нечего боятся. Обещаю.

Я видела, что у Сашки едва ли не перехватило дыхание от слов, взгляда и протянутой руки Беркутова.

Девушка вложила ладонь в пятерню Бориса и тот помог ей аккуратно войти в воду.

— Ну, кажется, миссия выполнена, — проговорил позади меня Жарский.

Я чуть вздрогнула непроизвольно дернулась назад: слова Ростислава прозвучали буквально у меня над ухом и его голос волнительной щекоткой скользнул по коже моей шее.

— Хватит всё время ко мне так близко подбираться, — проворчала я смущенно и недовольно, снова коснувшись обнаженного тела парня.

— Я не хотел, чтобы эти двое нас слышали, — пожал плечами Жарский. — Или ты хочешь, чтобы они узнали, зачем мы тут собрались на самом деле?

— Мне кажется ты успел подзабыть, зачем мы тут собрались, — обернувшись шепнула я. — Равно, как и о моих словах.

— Нет, у меня превосходная память, Лана, — с толикой грусти в словах, произнес Ростислав. — Я не говорил и не обещал, что смирюсь и отступлю, перед чарами Костика-милашки, который тебе так дорог.

Я не удержалась и захихикала, услышав про «Костика-милашку».

Саша и Борис, тем временем, о чем-то негромко воркуя плавали подальше от нас. Кажется, Беркутов пытался научить Сашку плавать брасом, но у девушки не слишком получалась такая техника.

— Предлагаю оставить этих двоих наедине, — Рос ласково, кончиками пальцев, провел по моей мокрой спине.

Его прикосновение вызвало смесь различных и противоречивых чувств. Отчего у меня в сознании бойко затрепыхались совершенно беспокойные рассуждения, которыми я терзалась, думая о Косте и Ростиславе.