Книга Развод в 57: Любовница в Моем Белье, страница 130 – Магисса

В разделе авторства стояли имена.

«Жанна Ордынцева, автор базовых конструкций и ведущий конструктор».

«Нонна Керн, соавтор технических решений и главный технолог».

Имена должны были оставаться в технических паспортах, документах производства и описании коллекции. Убрать их при смене рекламного названия без нашего письменного согласия было нельзя.

Нонна провела ногтем под своей строкой.

— Надо же. Я существую.

— Пока это проект, — напомнила я.

— Поэтому существую карандашом.

Юрист отметил срок, территорию, предел тиража и право проверки фабрики. Цена оставалась в отдельном приложении, которого в пакете не было.

— Кто готовил? — спросила я.

— Рубен, юридическая служба и производство сети, — ответил Роберт. — Я передал письменные замечания до окончательного отвода. После заседания не правил ни строки.

— Какие замечания?

— Убрать архив из предмета сделки, назвать авторов, отделить лицензию от хранения доказательств и вернуть вам право остановки. Но документ принят не потому, что я попросил. Руководство решило, что прежняя схема создаёт неприемлемый риск.

— И сохраняет шанс получить две модели, — сказала Нонна.

— Да.

Он не изображал отказ «Контура» от владения благородным поступком. Сеть хотела продукт. Просто теперь платила за ограниченное право, а не за наше молчание.

Я закрыла папку.

— Документ проверят юрист, Нонна, производство и независимый специалист. Сегодня я ничего не подписываю.

— Правильно.

— Вы не будете узнавать, понравился ли он мне, через личные сообщения.

— Не буду.

— И если проект отклонят, это не меняет наш сегодняшний разговор.

— Не меняет.

Роберт поднялся. Ада принесла ему отметку о доставке. Он подписал и забрал только свой экземпляр.

У двери конструкторской задержался на секунду.

— Внутреннее раскрытие закончено. Решение вступило в силу сегодня.

Я поняла, что он сообщает не о бумаге.

— Хорошо.

Он ушёл.

Нонна подождала, пока закрылась входная дверь.

— Сейчас я скажу неприятное, а ты не обижайся заранее.

— Это очень экономит время.

— Хорошая лицензия не делает хорошего мужчину. Плохой поступок не делает его неспособным написать полезные замечания. Не смешай в одну миску.

— Не смешаю.

— Тогда можешь обидеться после работы.

Юрист кашлянул над документом.

— Мне выйти?

— Нет, — сказала я. — Вам ещё искать ловушки на пятой странице.

Мы работали до восьми. В проекте нашлись спорные сроки уведомления и слишком широкое право сети проверять подрядчиков. Я внесла вопросы, закрыла папку и оставила её в сейфе. Домой деловые бумаги не взяла.

На улице я написала Роберту:

«Вы дома?»

Ответ пришёл сразу:

«Да».

«Я могу приехать? Не по работе».

Пауза заняла меньше минуты.

«Можете. Если передумаете по дороге, ничего объяснять не нужно».

Я вызвала машину.

Роберт открыл после первого звонка. На нём была та же рубашка, но без галстука. Он отступил, оставляя мне проход.

— Войдёте?

— Да.

Я переступила порог и сама закрыла за собой дверь его квартиры. Потом сняла пальто и повесила на свободный крючок. Роберт не потянулся помочь. Ждал в двух шагах.

— Лицензия осталась в ателье, — сказала я.

— Хорошо.

— Её будут проверять другие люди. Если подпишем, это не станет вашим подарком мне.

— Не станет.

— Взыскание тоже ничего не покупает.

— Знаю.

— Не произносите это слово так часто. Сегодня мне нужно, чтобы вы слушали.