Книга Развод в 57: Любовница в Моем Белье, страница 113 – Магисса

Он говорил спокойно. Феликс не просил вернуться и не предлагал считать деньги извинением. Он снова принёс решение, в котором мне оставалось подтвердить разумность уже выбранного им устройства жизни.

— Я передам предложение юристу, — сказала я.

— Передай. Срок ответа указан.

— Срок, назначенный тобой, не становится обязательным для меня.

— Поэтому он называется сроком предложения, а не приказом.

— Хорошо.

— Жанна.

Я ждала.

— Если ты откажешься, следующий разговор будет о том, как ты выкупишь мою долю. Дешевле она от этого не станет.

— Я понимаю.

Мы закончили без прощания.

Нонна листала приложение с перечнем конструкций.

— Моя доля у него в предложении не упомянута.

— Он покупает контроль. Тебе оставляет возможность выбрать сторону позже.

— Заботливый.

— Предусмотрительный.

Я убрала документы в папку для юриста. Отказ не требовал красивой реплики до того, как мы проверим цену, права и источник финансирования.

К вечеру дневная папка бумажных карточек стала толще. Одну вернули на исправление, две закрыли после снятия мерок, по трём назначили макеты. Мы с Нонной открыли сейф обоими ключами, пересчитали номера и вложили папку внутрь. Ада расписалась в журнале передачи.

— БК-011 где? — спросила Нонна.

Ада замерла.

— Не выдавали.

— В журнале после десятой стоит двенадцатая.

Мы проверили конверт испорченных листов. БК-011 лежала там с размазанной строкой. Ада испортила её, когда задела лист влажным пальцем, но не внесла причину в журнал.

— Я внесу, — сказала она.

— Сейчас, — ответила Нонна. — Бумага умеет исчезать так же хорошо, как файл. Просто медленнее.

Пока Ада заполняла пропуск номера, я помогла Марианне убрать в нижний шкаф старые техкарты, которые Демьян разрешил вернуть из проверки. Оригиналы, связанные с утечкой, оставались в отдельном хранении. Здесь были производственные копии с номерами образцов, датами исправлений и отметками фабричной приёмки.

После прихода Сабины Нонна попросила поднять все карточки по модели с её старой внутренней меткой. Мы искали не двойную насечку — её происхождение ещё требовалось доказывать по оригиналу. Нужны были номера образцов и партий, которые проходили через фабрику до официального пакета «Контура».

На лицевой стороне первой карты стояли размеры деталей и дата локального исправления. Внизу — подпись Нонны. Я перевернула лист, чтобы проверить отметку приёмки.

На обороте фабричный контролёр от руки написал номер партии.

«Партия КП-17/09-Л».

— Нонна.

Она подошла. Я показала строку.

— Этот номер мне знаком, — сказала Ада.

Она достала из папки проверки копию платёжного уведомления. Плательщиком значилась фирма, работавшая на марку Ядвиги. В назначении платежа стояли название услуги и номер проекта:

«Исследование рынка. Проект КП-17/09-Л».

Нонна положила техкарту рядом с уведомлением.

Номер совпал знак в знак.

Официальное приглашение Роберту отправил Демьян. Я увидела письмо только в копии.

«Явка» в нём не требовалась. Было указано: предоставить пояснения по журналу «Контура», передать личный ноутбук на ограниченную проверку и при желании присутствовать при начале копирования. Дата, время, перечень участников. Ни одного слова от меня.

Роберт ответил через девять минут: «Подтверждаю. Ноутбук и зарядное устройство привезу. Границы проверки принимаю».