Книга Liebe. История одной любви, страница 22 – Лиза Вайн

Ханнес подвёл меня к одной композиции, где Леонид Брежнев целует крепко в засос Эриха Хоннекера:

— Эта картина очень символична, написал её Врубель — русский художник. Как ты думаешь, почему она стала такой популярной? — обратился он ко мне, посмотрев прямо в глаза.

— Такой крепкий поцелуй между столь возрастными людьми, — хихикнула я, тут же серьёзно добавив — Символ крепкой дружбы — любви между Востоком и Западом… Символ падения стены и примирения западных и восточных немцев…

Он слегка приподнял брови от удивления, услышав мою интерпретацию, поспешно закивал, как бы соглашаясь со мной.

Вскоре мы пошли чуточку быстрее, чтобы успеть разглядеть побольше картин, прежде чем окончательно бы стемнело. Пару раз мы даже вместе сфотографировались на фоне интересных росписей, хотя он сразу предупредил, что не любит делать селфи.

Мне было так хорошо и легко с ним в целом, что я, забыв обо всех рамках приличия, сама спросила его прямо:

— Ты сегодня сказал мне, что я смелая и настоящая. Что ты имел под этим в виду?

Уголки его широко улыбавшихся губ сползли вниз, прежде чем он заговорил, осторожно подбирая слова:

— Ты смелая, потому что приехала сюда. Одна. Я не знаю, смог бы я лично вот так, — улыбнулся он мне и продолжил:

— Здесь почти все носят маски, не знаю как у вас, но тут много напускного, фальшивого. Каждый играет свою роль, боясь показаться глупым или нудным. Многие ведут себя очень сдержанно, держат дистанцию со многими, даже с родными. Я знаю тебя меньше недели, но мне кажется, что ты другая. Такой мой ответ тебя устроит?

У меня вдруг запылали щёки и уши почему-то тоже. Теперь была моя очередь ему лишь молча кивнуть. Не зная что ещё добавить, я ляпнула (опять!) невпопад:

— А у тебя точно не будет проблем с Магдой из-за того, что ты меня вывез покататься по городу?

На что он мне ответил своей фирменной дерзко-непроницаемой ухмылкой, отрицательно покачав при этом головой.

Заметив моё замешательство и вопросительный взгляд, он всё же добавил низким и чистым голосом:

— У нас с ней открытые отношения…

Ханнес

Через несколько дней, после того как я уже сдал все хвосты за прошлую сессию, в городе проходил Рейв-фестиваль на территории бывшего аэропорта Темпельхоф. Все мои соседи рванули туда. Новенькую я с того вечера практически больше не видел. Удивительно, что живя коммуной в таком маленьком пространстве можно неделями даже не сталкиваться друг с другом.

Я не поехал, скрутило ещё с утра живот, видимо вчера в столовке на кампусе не то съел. Приняв лекарство, я лежал в своей комнате, слушал музыку, потихоньку подбирал треки для нашей вечеринки. Вдруг отключился свет.

Я пошёл на ощупь в подсобку по технике. По дороге меня настигла чья-та маленькая тень и с криком «У-у-у х!» схватила меня за руку. От прикосновения меня всего будто наэлектризовало током, я уже знал кто это был. Я тут же успокоил её, дав о себе знать.

Новенькая оказывается тоже не поехала на рэйв-пати. Что ж, тогда мы могли бы посидеть вместе, поболтать или посмотреть фильм. После отъезда Магды обратно в Польшу мне было одиноко и скучно одному.

— Хочешь фильм вместе в зале посмотреть? Я скачал тут один японский ужастик с субтитрами. Совсем одному смотреть неохота…