Книга Liebe. История одной любви, страница 20 – Лиза Вайн

— Это я, Ханнес, а ты почему ещё здесь? — усмехнулся он — Такой рэйв пропускаешь!

— Как-нибудь в другой раз, а как насчёт тебя самого?

— Я похоже отравился… Неважно себя чувствую… Сейчас я посмотрю наш электросчётчик, наверно пробка вылетела…

Он пошёл к нашей кладовой, где и была вся хаузтехника. Через минут пять свет снова везде загорелся.

Я только уже хотела войти обратно к себе, как он как-то слишком быстро настиг меня в коридоре, тихо спросив:

— Хочешь фильм вместе в зале посмотреть? Я скачал тут один японский ужастик с субтитрами. Совсем одному смотреть неохота…

Скорее всего я бы отказалась, если бы до чёртиков сама не любила фильмы ужасов. А по японским ужастикам я вообще умирала. Они были такими субтильными…

В итоге, мы сели вместе на общий диван в зале. Он подключил ДВД-плейер со своего ноутбука к телевизору и фильм начался. «Две сестры» — мелькнуло в названии.

Весь фильм мы оба смотрели, не отрываясь от экрана. По моей коже то и дело проходили мурашки. Пару раз я даже громко вздрагивала. В такие моменты он смотрел на меня своей, только ему свойственной, ухмыляющейся улыбкой.

— В первый раз встречаю такую фанатку ужасов, — подметил он после того, как на экране высветился «Конец».

Я хмыкнула и пожала плечами, затем развернувшись к нему лицом, спросила прямо:

— Какую "такую"?

Ханнес не спешил с ответом. Казалось, ему было на руку то, что я сама к нему повернулась.

Он слегка склонил голову набок и рассматривал каждую чёрточку моего лица. С таким расслабленно-задумчивым видом, будто стоял перед самой дорогостоящей картиной в галерее:

— Красивая… — хрипло произнёс он на выдохе, — Умная, смелая… Настоящая!

Я ожидала от него услышать что угодно, но только не комплиментов. Мне ещё никто никогда не говорил таких. Почему-то в этот момент он мне показался искренним.

Но вспомнив через секунду его Магду, мне захотелось отшутиться от него, правда язык (мой враг!) выдал абсолютную пошлость:

— А ты всех девушек щедро одариваешь комплиментами? Или же только тех, с кем ты пока не спишь?

Ханнес усмехнулся, его глаза вдруг потемнели:

— Я вообще никогда не сплю с теми, с кем живу. Особенно здесь в общаге….

Во рту у меня пересохло. Чёрт, я не собиралась и дальше продолжать нашу беседу в этом же русле.

— Правильно делаешь, — ответила я с самым серьёзным лицом — А то как потом как друг другу в глаза смотреть после, если ничего долгосрочного не выйдет?

Ханнес слегка кивнул и продолжил дальше меня жадно-внимательно рассматривать. От его пристального взгляда и тишины мне стало неловко. Я заёрзала на диване и хотела было уже встать, как он сам, заметив перемену моего настроения, сменил тему:

— Как тебе Берлин? Нравится? Что успела посмотреть?

Я перечислила ему всё то немногое, что успела посетить на скорую руку за шесть дней.

— Хочешь посмотреть на ночной город? — вдруг предложил он.

— Прямо сейчас??? Ты же вроде как болеешь…

— Ну да, а что тут такого? Иммодиум акут я уже принял, так что не закакаю и не заблюю тебя, не волнуйся, — сострил он.

От такого предложения я не могла отказаться, тем более мне действительно хотелось посмотреть на ночной Берлин. Одна я бы не рискнула искать приключения на свою задницу, а друзьями и подругами пока что не обзавелась здесь.

Да и любопытство одолело меня, как и что ещё он собрался мне показать.