Книга Крепкий орешек, страница 94 – Ольга Дашкова

Ребенок от Орехова.

Мир в одно мгновенье перестал быть прежним.

— Тебе объясняют человеческим языком в пятый раз. Мне нужно к Аделине Галич. Алло! Ты понимаешь меня?

— Я вас не понимаю, чего вы хотите? К кому вы пришли?

— Галич. Ада Галич.

— Да, да, она живет в этом доме, но я вас не могу пустить. Нужно ее разрешение, я сейчас с ней свяжусь.

Противный консьерж говорил на французском, Гена ничего не понимал, начинал психовать, а когда Гена психует, плохо становится всем.

Чтобы добраться до квартиры Аделины, ушло достаточно времени и сил. Два перелета, такси и онлайн-переводчик в телефоне, с которым Гена все никак не мог разобраться.

Прошло ровно четыре дня после прихода к нему Терехова и разговора по душам. Семен умеет убеждать и вправлять мозги, Орехов в этом убедился. Делал друг это ненавязчиво, но убедительно.

И вывод из разговора был таков, что если ты любишь женщину, если считаешь, что она твоя, то за нее надо бороться. Неважно, в какой стране она живет, что было раньше или сейчас, как бы ты ни накосячил, что бы ты ни сделал в прошлом и настоящем, ты должен пойти и взять ее себе.

Потому что она твоя. Она была твоя уже давно, и лишь поганое стечение обстоятельств и козни людей, от которых ты не ожидал подлости, разлучили вас. Но если все у вас сложилось сейчас, то тем более надо бросать. Все бросать, ехать на край света, сгребать в охапку и любить до конца своих дней.

Орехов полетел в Париж.

И вот Геннадий проделал долгий и мучительный путь, и ему оставалось лишь преодолеть несколько этажей, как возникло препятствие в виде старого худого консьержа, который упорно не понимал, что ему говорят.

Адрес Аделины было найти просто, билеты купить сложнее, как и найти загранпаспорт. Но с этим он справился, хоть и не с первого раза, а еще Гена успел заехать в ювелирный магазин и купить красивое кольцо. Так ему посоветовал сделать Терехов, он как раз этой зимой влюбился без памяти в свою женщину и сделал ей предложение, и сейчас они ждут ребенка. Геннадий хотел так же.

Он сделает Канарейкиной предложение, как бы она на него там ни обижалась, будет валяться в ногах, целовать красивые коленки, переходя выше, вымаливая прощение. А если такой план не выйдет, то возьмет штурмом эту Бастилию, наденет ей на пальчик кольцо и начнет делать детей – сразу двоих.

У мужчины даже не было сомнения, что Аделина не согласится, тогда он уговорит, заставит, принудит. Нет, скорее всего, залюбит, так что она потеряет сознание и ответит ему «да».

— Я вам объясняю в который раз, я не могу вас пропустить к мадемуазель Галич, пока она не разрешит, я должен позвонить ей.

Французский дед показывал пальцем на телефон, на стойке администратора, Гена не понимал ни слова. Можно было, конечно, позвонить самому, сказать, что принц ждет встречи со своей принцессой. Ну, тогда не будет сюрприза, а еще неизвестно, дома ли принцесса. Ну, судя по тому, как сопротивляется консьерж, его курочка дома.

Главное, чтобы она была одна. А то, может, там уже Жерар нагрел местечко в кроватке рядом с ней. Тогда этому иностранному ловеласу ноги больше не понадобятся, точнее, ходить он будет еще не скоро.

— Все, устал я от тебя! Пропусти!

Орехов махнул рукой на мужчину, пошел искать лестницу, не обращая внимания на новые вопли консьержа. Квартира двадцать четыре располагалась вроде бы на пятом этаже, хотя с местной планировкой было не понять. Ждать лифт не стал, пошел пешком.