Книга Крепкий орешек, страница 76 – Ольга Дашкова

Жерар улыбнулся, протянул руку, чтобы поздороваться, но Орехов лишь тупо уставился на нее и даже не пошевелился.

— Bonjour, je suis très heureux de vous rencontrer, je suis Gérard. (Здравствуйте, я очень рад знакомству, я Жерар).

— Чего он хочет? Чего он тянет ко мне свои руки?

— Он здоровается так. Гена, это элементарное приветствие и дружелюбие.

— Да пошел он в жопу! Так и передай. И что у него было, когда он ползал здесь на коленях?

— Когда топтал русскую землю?

— Да, именно. Кольцо? У него было кольцо? Это что… что, на хрен, это было?

Гена ревновал.

Он пока не знал, с чем это можно было сравнить, но Орехов сейчас был похож на тот самый самовар, которому вот-вот сорвет крышку. Он никогда не ревновал, ни одну женщину, может быть, они не давали повода, но не случалось с Геннадием такого дерьма.

За сорок прожитых лет это, наверное, было одно из самых сильных и острых чувств, которое Гена испытывал. Когда он потерял отца, будучи подростком, то чувствовал боль, обиду, непонимание. Нет, отец не просто ушел к другой женщине, он ушел из жизни.

Гена считал, что он его предал, поступил, как слабак, угорел в гараже, завел мотор и просто ждал, когда задохнется. Все тогда были в шоке, никто не ожидал, но просто так ничего не бывает, отец страдал психическими расстройствами.

А совсем недавно, года два назад, Орехов словил еще одни сильные эмоции, когда друзья подарили на день рождения прыжок с парашютом. Это было, конечно, незабываемо и сильно. Но то, что он чувствовал сейчас, было сильнее. Стоило только поднести спичку, и он готов был вспыхнуть огнем ревности и вырвать этому французу его лягушачьи лапки.

Мать еще завела своим приездом, Ленку притащила, спасать его надумала от алкоголизма. Да еще баба Зоя – божий одуван с подозрениями, что он изменщик и подлец.

— Аделина, что происходит? Кто этот Жерар? – Гена глубоко вздохнул, взял себя в руки и включил мозг.

— Не переживай, это мой знакомый. Очень старый знакомый.

— Что ты говоришь! До такой степени старый? Или близкий, что сломя голову примчался аж из Парижа?

— Да, представь, что есть вот такие мужчины, которым неважно, что сегодня пятница, и неважно, что завтра выходные, они просто помогают женщинам.

О, это был камень в город Орехова, очень такой хороший, увесистый булыжник, Гена это понял. А вот Жерар ничего не понимал, просто моргал и не мог даже вставить слово в эмоциональную перепалку.

— Это я не помогал? Да я вытащил тебя из полиции! Так бы сидела там до выяснения личности. Все выходные.

— Гена, прекрати. У тебя уже паранойя какая-то. Ты ревнуешь.

— А как этой паранойи может не быть? Я захожу, это чучело тянет к тебе свои ручонки, а в них что? Он что, делал тебе предложение? На нашей русской земле, на глазах у индюков, этот лягушатник?

Аделина не знала, что ответить.

Предложение стать женой Жерара имело место быть, но это поняла только она, хотя по мизансцене это поняли даже индюки, не то что Гена.

Кого она обманывает? И перед кем оправдывается?

В руках Жерара действительно было кольцо, были произнесены слова любви, но в самый кульминационный момент появился Орехов. Наверное, хорошо, что появился.

Говорить «нет» мужчине, который примчался по первому зову, можно сказать, сердца, откликнулся на просьбу о помощи, прилетел в другую, незнакомую страну, просто невозможно, он не должен быть так категорично отвернут.