Книга Искушение, страница 58 – Ольга Дашкова

В кармане плаща завибрировал телефон, даже не глядя, поняла, что звонит Максим, не стала отвечать. Звонок прекратился, следом пошли сообщения, точно Макс, только он мог быть таким нетерпимым. Сердце в груди сжалось от боли в предчувствии чего-то плохого.

— Ознакомьтесь, это копия документа.

Мужчина протянул мне бумаги, я начала читать с первой страницы, внимательно ища дату, хотя бы год, но чем дальше изучала, тем больше понимала, что ни число, ни дата не имеют значения. Два года я жила и поднимала его компанию, два года я пропадала в командировках, не вылезая из переговорных и банков, выплачивая кредиты и беря новые. Я справилась, я все вывезла и вынесла, несмотря на все скептические ожидания и нежелание со мной работать.

Но все верно, да, я всего лишь управляющий делами, бизнес не мой, даже если я жена, принадлежит все Максиму Самойлову — так я считала и готова была все передать в его руки, если он этого захочет. Но все-таки в то же время я была полноправным партнером, мой долг был не дать бизнесу умереть после гибели его владельца. Но оказывается, все обстояло не так.

Судя по бумагам, Максим должен был вступить в право собственности по достижении двадцатилетнего возраста. Двадцать ему исполнится в начале ноября, до этой даты чуть меньше месяца.

— В чем суть? Я не поняла.

— Суть в том, что до двадцатилетия Максима вы должны передать все дела новому управляющему.

У меня реально раскалывалась голова от непонимания ситуации. Зачем это непонятное завещание? Я бы и так все передала Максу, если бы он был заинтересован в бизнесе отца. Или, может быть, он вообще решит его продать и заняться чем-то другим.

Перевернула бумаги, ища что-то еще, но информации было мало.

— Это все? Вам не кажется, что это все скверно пахнет? Какое-то левое завещание моего мужа, всплывшее через два года после его гибели? Я не вижу подписи Ивана, и вообще, можете катиться к черту.

Резко встала, хотела уже уйти, не веря ни единому слову этого человека.

— Сядьте и послушайте. Ваш покойный муж хотел, чтобы вы это знали.

Оборачиваюсь, мужчина смотрит на меня, и в его взгляде уже нет дружелюбия, которое он излучал несколько минут назад. Не двигаюсь с места, пусть говорит, я послушаю стоя.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Скажу прямо, без витиеватых фраз: вы должны сложить все полномочия в управлении бизнеса в ближайшее время. Вы не будете ни на что претендовать, в том числе на недвижимость. Максим не единственный наследник.

— Что?

Это какой-то розыгрыш?

— Да, Инга Владимировна, у Ивана Михайловича есть еще дети.

— Дети? Много?

В груди разрасталась огромная дыра, словно кто-то воткнул туда лопату и начал рыть яму. Расковыривая, доставая внутренности, вытряхивая их на поверхность. Я хотела детей три года, пока мы были вместе с Иваном, я говорила ему об этом, я намекала.

Но Иван отвечал уклончиво, говорил, что еще рано, что нам надо пожить для себя, что мы еще все успеем. К тому же были проблемы в бизнесе, и на работе мы пропадали сутками, не вылезая из командировок. Я соглашалась со своим мужем, я считала, что мы с ним одно целое, что смотрим в одном направлении и должны иметь общие цели и желания.

Но за месяц до его гибели я сильно заболела, перестала пить противозачаточные, цикл сбился, и я забеременела. Господи, моей радости не было предела, я плакала от счастья. Я считала, что муж разделит со мной радость, но, так и не успев сказать ему об этом, уже плакала от горя. Двойного горя. Я потеряла еще и ребенка.