Книга Искушение, страница 51 – Ольга Дашкова

Так почти в восемнадцать лет, не имея практически ни копейки в кармане, с одной спортивной сумкой я оказалась в Москве. И я поступила в университет, в какой хотела, потому что долго и усердно училась.

Матери надо было сказать спасибо за то, что она не пускала меня на те самые вечеринки, где девчонки сидели на коленках у парней и позволяли себя трогать. А я в это время сидела в библиотеке, участвовала в олимпиадах, писала доклады, и бабкина квартира была так кстати. Но отца своего я так и не видела, так и не знаю, кто он, точнее, лишь по фотографиям, и то старым, детским.

Не заметила, как оказалась в помещении не одна, лишь почувствовала тонкий аромат вишневого дыма, смешанный с терпким парфюмом.

Макс.

Прикрыла глаза, оперлась на столешницу раковины, парень подошел сзади, обнял, обхватывая меня руками, уткнулся лбом в шею, шумно вдохнул, от этого пошли мурашки по коже.

— Макс, нет, не сейчас, я устала, — я знаю, что он хочет и зачем пришел.

Он лишь обнял крепче, сдавив ребра.

— Подружка ушла?

— А ты ревнуешь? Я бы хотел, чтобы ты ревновала, как и я к этому твоему коню с яйцами, которые я ему отобью, если он к тебе притронется. Он трогал тебя сегодня?

Улыбаюсь краешками губ, не показываю Максиму, потому что мне смешно, а еще тепло стало в груди. Не открываю глаза, ловлю ощущения, чувствую тепло его ладоней на животе, дыхание на шее. Он идеально мне подходит.

— Так ушла подружка?

— Ушла. Все ушли. Мы с тобой вдвоем в большой квартире. И ты можешь кричать как угодно громко, никто не услышит. Только я.

Проговорил последние слова в кожу, прикусил ее, я вздрогнула. Макс убрал руки с талии, медленно поднял их, нащупал бегунок молнии на спине и потянул вниз.

От этого звука каждый волосок на теле встал дыбом, свела инстинктивно бедра, понимая, что уже начинаю возбуждаться. А он всего лишь расстегивает мое платье, всего лишь целует шею, трется своим стояком о поясницу и больше ничего не делает.

А я уже схожу с ума.

Искушение… он мое искушение.

— Что она означает?

Мне не надо понимать, о чем спрашивает Инга. Она ведет кончиками пальцев по моей шее, по татуировке головы шакала, по Анубису, задевая сонную артерию, а потом кадык. Девушка лежит на моем плече, закинув бедро на мои ноги. Мы голые, ничем не прикрытые, в моей комнате.

Где-то на полу, в углу за шторами валяется ночник, который мы уронили. Специально принес Ингу сюда, чтобы брать на своей кровати, на своей территории, чтобы постельное белье пропахло ее запахом, ее оргазмом, ее удовольствием. Я буду вдыхать его ночами и сходить с ума.

— Так что она означает?

Голос тихий, слегка хриплый, от него каждый волосок на моем теле встает дыбом. Инга очень сексуальная, даже когда просто спрашивает о какой-то ерунде, прижимаю ее к себе, веду ладонью по плечам, поворачиваю голову, заглядываю в глаза, а в сердце начинает колоть, словно туда кто-то вбивает шило.

Она уже там, в моем сердце. Вонзилась острым концом, и если вырвать, то начнет кровоточить и не заживет. Никогда.

— Это Анубис.

— Я знаю. Он проводник между миром живых и миром мертвых. Ты так стремишься туда попасть?

— Нет. Я хочу заглянуть. Я не знаю, что там. Он поможет, отведет и вернет обратно.

— Ты думаешь, что это так работает? Ты веришь в мифы и легенды?