Книга Собственность Саида, страница 39 – Ольга Дашкова

Чуть выше груди, слева, как раз между строчек арабской вязи красовался красный шрам, шитый белыми нитками. Могла бы не шить, послать на хер, но я так хотела сделать ему еще раз больно.

После секса долго просто лежали на диване, удары сердца путали мысли, руки тряслись. А когда, дойдя до гостевой ванной на подкашивающихся ногах, посмотрела на себя в зеркало, чуть не закричала.

Лицо, волосы, грудь, плечи – я вся была испачкана кровью турка, словно я его сожрала, как та самая самка богомола. Отмываться долго не дали, Саид зашел в душевую, но даже не прикасался ко мне, смывал кровь с себя молча. Но потом приказал принести аптечку, найти хирургические нитки и иголку и зашить его.

Я была вымотана, сжала в кулак дрожащие пальцы, посмотрела мужчине в глаза. В них была такая же усталость, как и в моих. Больше ничего.

Саид не проронил ни звука, сидел бледный, плотно сжав губы, лишь на шее пульсировала артерия, она его выдала, боль была и ему не чужда. Но я же с упоением, но с серьезным видом, чтобы не выдать свою минутную радость, штопала кожу на живом человеке.

Хоррор какой-то.

Обнаруживая при этом под синими чернилами татуировок другие, уже затянутые шрамы. Недаром у него в аптечке много чего интересного: жгуты, шприцы, ампулы с антибиотиками и обезболивающими, даже морфин был.

— Кровь за кровь, да, Дарина?

— Это вышло случайно.

— Жить по законам джунглей никто не отменял.

— Я правда…

— Молчи и шей, пока еще не получила.

И я шила.

Да, действительно, кровь за кровь, можно сказать в этом мы квиты. Или пройден лишь первый раунд.

Потом он ушел, оставив меня одну, в полном раздрае чувств. В отведенной мне комнате легла на кровать, поджала ноги, тишина была такая, что был слышен шум дождя за окном, он успокаивал.

А утром случился завтрак, за мной зашел Юсуф, молча указал следовать за ним, в гостиной была готова увидеть кровь, испачканный диван, бардак, но было все чисто. Даже на столе – новые белые невинные пионы.

Саид сидел ко мне спиной, только сейчас, при дневном свете, увидела на его спине татуировку женского лица на левой лопатке, оно терялось в арабской вязи и на первый взгляд сливалось с ней.

Интересно, кто эта женщина? Любимая? Жена?

Завтракали тоже молча, только мы вдвоем за кухонным островом, мне кусок не лез в горло, но я старалась хоть что-то съесть, чтобы не падать в голодный обморок и не ходить, держась за стенку. На столе все те же пионы, но сейчас их аромат больше раздражал.

— Ты меня услышала?

— Да, с Юсуфом за одеждой.

— И без фокусов.

— Я не умею.

— Дарина.

— Зачем я тебе? Объясни?

Повернулась, заглядывая в глаза мужчине, пытаясь найти хоть в них ответ.

— Для тупых баб я объяснял уже.

— Объясни еще раз, я резко отупела. Ты сказал, что я твоя вещь, игрушка, кукла, что забрал меня за долг. У вас с отцом были какие-то дела? Он вернет сколько нужно, я уверена, он найдет деньги.

— Не вернет.

— Почему? Он сам так сказал?

Во рту сразу пересохло, желудок сдавило спазмами, прикусила губу. Они не ищут меня, никто не ищет, даже Никита.

— Правильно. Ты не нужна им.

Снова читает мысли?

— Нет, нет, это неправда.

Мотала головой и смотрела на чашку с остывшим кофе в руках, пальцы похолодели, Саид молчал, а у меня в голове эхом звучали его слова: «Ты не нужна им».