Книга Пышка и драконы берутся за дело, страница 13 – Лана Яснеева

— И не думай, — произносит он почти ласково. — Ты уже проиграл. Просто подпиши.

Лекс подписывает все три документа дрожащей рукой, но подписывает. Потом поднимает глаза на меня.

— Ариана... я правда сожалею. Ты красивая. Я просто искал оправдание, чтобы уйти, и...

— Замолчи, — говорю я тихо. — Просто замолчи и уходи.

Лекс кивает. Он даже не пытается возражать. Просто идёт к двери, опустив плечи. Май провожает его до выхода.

Когда дверь закрывается за моим бывшим мужем, в холле повисает тишина.

Я смотрю на бумаги. Потом на Мая. На Жана.

— Это всё? — спрашиваю я. — Он больше никогда не появится?

— Никогда, — подтверждает Жан. — Я популярно объяснил, что бывает с теми, кто приближается к нашей невесте без приглашения.

— Очень популярно, — добавляет Май. — С демонстрацией клыков и пары примеров из судебной практики.

Я смеюсь — и тут же замолкаю, потому что до меня вдруг доходят слова Жана.

— Невесты? — переспрашиваю я, не веря своим ушам.

Я опускаю бумаги на столик. Сердце колотится так, что вот-вот выпрыгнет из груди.

— Мы драконы, — говорит Май, беря меня за левую руку. — У нас свои традиции. Драконы сразу чувствуют свою одну-единственную. Пару на всю жизнь. И никогда ее не упускают, если нашли.

— А нам с братом не пришлось искать, — добавляет Жан, беря меня за правую руку. — Ты сама пришла на наш порог с коробкой пышек.

У меня перехватывает дыхание. Я смотрю на них — на сурового Жана, который сейчас смотрит на меня с трепетом, на нежного Мая, чьи глаза сияют, — и не могу вымолвить ни слова.

Они опускаются на одно колено.

— Ариана, владелица «Сладкой пышки», — произносит Жан торжественно, — согласна ли ты стать нашей женой?

— Нашей навсегда? — добавляет Май.

Тишина. Только потрескивает огонь в камине да где-то вдалеке поют птицы.

Я смотрю на них. На их лица — такие похожие и такие разные. На их руки, всё ещё держащие мои. На их глаза, полные надежды и страха. Драконы. Древние, могущественные существа. И они боятся, что я скажу «нет».

— Да, — говорю я. — Да, я согласна!

Май выдыхает с облегчением. Жан закрывает глаза — на секунду, всего на секунду, — и я вижу, как дрожат его ресницы.

А потом они встают, подхватывают меня на руки и кружат по холлу, как сумасшедшие. Я хохочу. Они смеются тоже. Мы втроём кружимся под хрустальной люстрой, и золотые блики от витражей пляшут на стенах.

Когда мы останавливаемся, я смотрю на них и говорю:

— Только у меня есть одно условие.

— Какое? — настораживается Жан.

— Свадебный торт я пеку сама.

Они переглядываются. А потом хохочут — громко, на весь особняк.

— Договорились, — говорит Май, утирая слезу. — И свадебные пышки. С двойной начинкой.

— С карамелью и заварным кремом, — улыбаюсь я. — Они, кстати, готовы. Я испекла их утром пока ждала вас.

Жан качает головой.

— Ты невероятная женщина, Ариана. Просто невероятная.

Мы идём в гостиную — пить чай с моими пышками. Я сижу между ними, укрытая пледом. В камине потрескивает огонь. На столике — три чашки и блюдо с выпечкой.

— Завтра заберу вещи у Лекса, — говорю я. — И начну новую жизнь.

— Мы поедем с тобой, — хором отвечают братья.

— Даже не сомневалась.

Я откидываюсь на спинку дивана и закрываю глаза. Два горячих тела прижимаются ко мне с двух сторон.

Наконец-то я свободна. И любима.