Книга Заставь меня Не любить. Исповедь, страница 47 – Маргарита Климова

Лора щебетала о понравившихся серёжках и о желание погреться на морском побережье, а её супруг послушно кивал головой, не особо прислушиваясь к её разговору. Он даже не краснел и не потел в муках совести, как будто всю ночь провёл в постели с женой. То ли всё было проекцией моего сходящего с ума воображения, то ли у Немцова совсем отсутствовали рамки приличия по отношению к супруге.

— Игнааат, — капризно протянула Лора, увлечённо разминая ягоды в творожном муссе. — Так что с поездкой? Я могу брать билеты и лететь с Кармилой?

— Когда? — оторвался от слежки Немцов, переводя внимание на жену.

— Билеты сегодня вечером, — расползлась в слащавой улыбке, а я замерла, занеся руку над пустой тарелкой Игната. Двоякая реакция пронеслась по телу. Низ живота стянуло в пульсирующем спазме от предвкушения, а в груди закололо от нехорошего предчувствия и осознания всей пагубной ситуации. Не отстанет от меня хозяин просто так. Как пить дать, воспользуется отсутствием итальянской красотки по полной.

— И на сколько? — заинтересованно прищурился счастливый супруг. Разве что в пляс не пустился.

— Нууу. Недели на три… Может на пять, — накрутила на палец локон Лора. — Там сейчас сезон для сёрфиров начинается. Такие волны…

— Хорошо, — с лёгкостью согласился Игнат, при этом не сдерживая оскала. — Гасан отвезёт тебя в аэропорт.

Схватила опустевшую посуду и метнулась в кухню, отгораживая себя от бурной благодарности жены к мужу, и спасаясь от потемневшего взгляда мучителя, в котором читалось обещание. Боли? Извращённых игр? Грубой ласки? Скупой нежности? Горьких слёз? Удовольствия?

В царство Марии влетела пулей, отбиваясь от картинок, всплывающих перед глазами. Почему-то все они были до такой степени интимными и откровенными, что самой перед собой стало стыдно… и тошно… За слабость на передок, за попытки оправдать такую реакцию на Игната больной любовью, за перекладывание последствий на его плечи, пользуясь сложившимися обстоятельствами и своим бесправием.

Нет, я не строила воздушных замков и, как всегда, трезво оценивала положение. Знала, что меньше чем через восемь месяцев я уйду, вычеркнув Немцова из своей жизни. Слишком быстро он разбил мои розовые очки и показал свою сущность. Слишком жёстко растоптал моё мировоззрение и измазал грязью честь, гордость и достоинство. После такого даже близкое существование невозможно, а что-то большее означало бы сломать себя.

Весь день ходила как не в себе. На автомате упаковывала чемоданы Лоры, протирала пыль, до блеска натирала сантехнику и плитку, поливала цветы в кадках. Как-то мимо прошёл обед, не запоминающе проплыл ужин. В полночь Игната ещё не было, и я позволила себе расслабиться и лечь спать. На удивление, сон пришёл быстро, и даже вполне спокойный, несмотря на всю нервозность. И так же быстро испарился, когда в глухой тишине щёлкнул замок двери.

Немцов долго стоял у двери, подпирая её плечом и хмуро всматриваясь в темноту. Кожей ощущала его нетерпение, прорывающуюся злость и что-то ещё, не определяемое, но разъедающее душу. Приподнялась на локтях, ожидая дальнейшего действия Игната. Ведь, явно не проверить пришёл, сплю я или нет.

Хозяин издал непонятный звук, отлепился от деревянного полотна и направился в мою сторону, попутно расстёгивая и сбрасывая одежду. За три шага до моей кровати он умудрился избавиться от пиджака с рубашкой и взялся за ремень.