Онлайн книга «Зов Истины»
|
«А что с Эридией Крин?» — спрашивает один из старших офицеров Четвертой Иерархии Мон’зед: «Есть сведения о её судьбе?» «Наши источники сообщили нам, что крайний раз её флагман был замечен входящим в варп-тоннель на границе Пятой иерархии с мертвым космосом в системе Нередар. Но что с ней происходит сейчас, мы не знаем». «Она предала нас всех» — с горечью произносит другой офицер: «Открыла врата Древнему Злу». «И, возможно, она единственная, кто может помочь нам закрыть их снова» — тихо отвечает Верховный Иерарх. «Никто не знает Гхр’улл-шагг’ота так, как она, но кроме того, мы даже толком не знаем, что вообще случилось, и как из доминирующей расы мы оказались на грани вымирания…» В камере Эридии происходят изменения. Цепи из живого металла отступают, втягиваясь в стены. Кибернетические стражи покидают свои посты, перед камерой, отправляясь выполнять другие задачи. Сама камера трансформируется, становясь просторнее, почти комфортной, насколько это возможно в сердце крепости Древнего Зла. Эридия медленно приходит в сознание. Боль, ставшая её постоянным спутником, отступила, оставив после себя лишь призрачное эхо. Девушка осторожно поднимает голову, ожидая новой волны агонии, но её нет. Перед ней стоит Наследник, его лицо выражает странную смесь любопытства и… что-то, похожее на беспокойство? «Зачем?» — это единственное, что она может произнести, её голос хриплый от криков. «Отец решил, что физические пытки исчерпали свою полезность» — отвечает Наследник. Эридия вздрагивает от этих слов, но в глубине её существа зарождается новое чувство — не надежда, нет, она слишком умна, чтобы надеяться. Но осознание того, что игра продолжается. Что у неё, возможно, ещё есть роль. «Что ты хочешь знать?» — спрашивает она, решив попытаться установить контакт с этим странным существом, которое технически является её сыном. Наследник молчит некоторое время, его красные глаза изучают её с непонятным выражением: «Я хочу знать о… чувствах. О том, что делает вас… вами». Эридия не ожидала такого вопроса. Она внимательно смотрит на Наследника, пытаясь определить, является ли это частью новой формы пытки или искренним интересом. «Чувства — это то, что связывает нас с миром и друг с другом,» — осторожно отвечает она: «Они могут делать нас слабыми, но также дают нам силу». «Отец говорит, что чувства — это слабость, которую я должен преодолеть» — произносит Наследник, и на мгновение Эридия видит в его глазах отблеск того же огня, что когда-то горел в глазах её брата Вальтираса. «А что думаешь ты?» — спрашивает она, делая рискованный шаг. Наследник вздрагивает, словно этот вопрос причинил ему физическую боль: «Я… не должен думать иначе, чем отец». Но в его голосе Эридия слышит то, что даже он сам, возможно, не осознаёт — зачатки независимой мысли, крошечное семя индивидуальности, пробивающееся сквозь программирование Гхр’улл-шагг’ота. И в этот момент, глядя на существо, рождённое из её плоти, но созданное для служения вселенскому злу, Эридия понимает, что, возможно, не всё ещё потеряно. Что даже в самом сердце тьмы может зародиться искра света. Но она также понимает, что Гхр’улл-шагг’от наверняка наблюдает за каждым её словом, каждым её действием. Игра становится ещё более опасной и тонкой. Ставки невообразимо высоки — судьба не только её собственная, но и всей вселенной. Эридия опускает глаза, скрывая вспышку внезапного озарения. |