Онлайн книга «Погоня за судьбой»
|
— При всём уважении… Я могу получить подтверждение от моего непосредственного руководства? — поинтересовалась девушка. Новый голос — мужской бас был по-отечески тёплым, но непреклонным: — Считай, что это мой приказ, Софья. Мы давно хотели проверить сверхсолдат в настоящем бою. Теперь у нас есть такая возможность. — Сколько у нас времени, генерал Матвеев? — спросила она. — Его нет. Через пятнадцать минут твои питомцы должны сесть в поезд, а ещё через полчаса — прикрывать все гражданские убежища и контролировать в заданном районе каждую щель. Эвакуация уже объявлена. — Сделаю, — коротко ответила она, и шум оборвался. Я услышала глубокий вдох, а затем девушка властно распорядилась: — Ной, режим администратора, вход в систему… — Вход успешен. София Толедо, администратор первого уровня, — произнёс бесцветный тенор сразу отовсюду. — Ожидаю команду. — Приказ — расконсервировать контейнеры с «богомолами» на всех периметрах. Раствор хранения — на переработку. Адреналин внутривенно, полтора грамма на килограмм, внешние модули распределить с хранения… — Расконсервация запущена, — с готовностью ответил робот. — По готовности — всех на магнитный лифт, — продолжала девушка. — Отбытие на подвижном составе на второй глубине через пятнадцать минут. Сценарий — «осаждённая крепость», подчинённый алгоритм — приоритетная защита гражданских. При малейшем сбое докладывать мне. — Приступаю к выполнению, — отозвался механизм, и стало тихо. Загудела механика, по закрытым векам полоснул яркий, нестерпимый свет. Почувствовав щекой лёгкое касание, я отдёрнулась, словно от удара. — Знаешь… Иногда ты напоминаешь мне дикое животное, — вкрадчиво произнесла кареглазая черноволосая девушка. — Каждый день всё по новой, по нескольку раз. Я ежедневно знакомлюсь с тобой заново… Приручаю тебя по утрам. Одно моё неловкое движение — и ты пугаешься, как лесной зверь… Тёмные очи блеснули прямо передо мной, в них заплясали отражения десятка разных чувств, но все их моментально сковала налетевшая стужа. Минул краткий миг — и я увидела размытый овал лица, и где-то в глубине этих очей на самом дне стылый ледяной камень надвинулся и заслонил собой последнюю искру жизни. Только теперь я заметила, что лицо её было покрыто ссадинами и кровоподтёками. Под изящной загорелой шеей, обрамлённой в белоснежный воротник, чернел наглухо застёгнутый мундир. Чёрные блестящие перчатки скрывали руки. Взгляд скользнул по смоляным прямым волосам, что ниспадали на плечи, и внутри кольнуло ощущение — что-то не так. Что-то, что было раньше, пропало, и картина изменилась. Словно волосы стали такими — гладкими, как смоль, и мёртвыми, как шёлк погребального савана — лишь недавно… — Пульс учащённый, давление сто сорок на сто, — констатировала девушка и улыбнулась в поллица, через силу — мешал огромный желтоватый синяк на щеке. — В глазах осознанность. Ты вновь вернулась в мир, ко мне… Удивляешься моему внешнему виду? Не нужно. Недавним долгим вечером ты вновь хорошенько отделала меня, но я нисколько на тебя не сержусь. Уголки её губ дрогнули в едва уловимой, загадочной улыбке, которая застыла, не дойдя до глаз, как трещина на заледеневшем стекле. Я огляделась. Округлый серебристый зал метров пятнадцати в диаметре походил на огромный тор без сердцевины, над которым в центре возвышался потолок — один большой хирургический инструмент с разъёмами, шлангами, электродами, тубами и другими механизмами. Конструкция напоминала то ли небольшой орга͐н, перевёрнутый вверх тормашками, то ли ежа, готового ощетиниться медицинскими иглами. |