Книга Погоня за судьбой, страница 660 – Ди

Всё внутри оборвалось, кровь ударила в виски, вжав в череп пульсирующую ненависть, а горло сдавило так, что я не узнала себя:

— Ты уже убила одного моего друга.

— Я убью столько твоих друзей, сколько потребуется, — бесцветным голосом сообщила она. — Я бы тогда убила и тебя, если бы у тебя остались силы сопротивляться. Впрочем, я начинаю жалеть о том, что не сделала этого сразу. Твои новые приятели натворили тут бед, поэтому придётся вносить существенные коррективы в свои планы…

Она вдавила кристалл в висок Василия. А я медленно опустила винтовку, поставила контейнер и ногой откатила его в угол. Сняла шлем. Расстегнула, стянула скафандр до пояса, высвобождая руки. Взгляд скользнул к обтекателю — ангар пуст, никого. Лишь ревел медведем уходящий в пустоту воздух.

Вера кивнула, будто утверждая давно принятое решение, и сказала:

— Вот, что будет дальше. Ты тихо и мирно выйдешь наружу, я задраю люк и дождусь, пока откроется шлюз. После этого ты скажешь своим вооружённым приятелям, чтобы не мешали мне покинуть астероид. Я заберу ваш корабль и твоих друзей — старика и мозг, — как гарантию того, что меня не тронут.

— Они меня не послушают. — Мой голос прозвучал ровнее, чем я ожидала. — Они военные и у них приказ.

— В таком случае на твоей совести повиснут очередные жертвы. — Она равнодушно пожала плечами. — Но тебе же к этому не привыкать, да?

Василий вдруг вцепился в ствол и дёрнул. И спустя миг получил ногой в печень — короткий, глухой удар. Он сложился пополам и рухнул на пол, захлёбываясь беззвучными рыданиями.

Вера развернула на меня ствол. Короткий взмах головой. Безмолвный приказ: «Иди».

Я сделала шаг назад, к выходу, чувствуя, как дрожит всё тело. Вера шла за мной, удерживая мою спину в прицеле, а мир вокруг сходил с ума — всё тряслось, ангар громыхал, выла сирена, монотонно гундел через хрипящие динамики голос, рокотал ветер, рвущийся из базы в чёрный вакуум сквозь расходящиеся створки шлюза.

Узкий коридор. Выход. Друзья остались позади — и вот теперь она точно не уйдёт. «СЕЙЧАС!»

Я притворно споткнулась, и холодный круг ствола впился между лопаток — она приблизилась вплотную.

Щелчок запястья был громче взрыва — знакомый, сладкий, обещающий звук. Гул резака зашёлся зверем, сорвавшимся с цепи, и я рванулась в разворот, взметнула руку снизу вверх. Белая дуга плазмы встретила карабин, металл с воплем разорвался надвое, и половинки, звеня, разлетелись в стороны.

Я рванулась вперёд, занося руку для удара в грудь.

И… промахнулась.

Её пальцы впились в мой протез, не как человеческие — как тиски. Они нашли слабое место — стык гидравлики, — и с сухим оглушительным хрустом вывернули локтевой сустав против естественного хода. Мир кувыркнулся — и я врезалась спиной в стену. Скрежетнул металл. Два удара — коротких, жёстких, словно отбойными молотами, в солнечное сплетение и в рёбра. Боль пронзила живот, вырывая из глаз слёзы и искры. Уже почти не чувствуя руку, я полоснула резаком в темноту, наугад. Сполох, жжёный хруст пластика, и короткий синтетический вскрик — попала!

И тут же подсечка выбила из-под меня землю, а я рухнула на пол, ударившись головой.

Вера схватила за воротник, потащила к зияющему люку — к мосткам, ходившим ходуном.

— Я вижу, ты оценила мой новогодний подарок, — донеслось сквозь гул в ушах. — Когда там у тебя день рождения? Не пора ли дарить новый?