Книга Погоня за судьбой, страница 515 – Ди

— Вот ты где! — В дверях появился Марк, сияющий и опрятный, как всегда. — А я уже минут десять стою снаружи и жду, когда ты выйдешь.

Выглаженные брюки, белая рубашка с коротким рукавом, идеальная стрижка… «За этот месяц он тоже стал совершенно другим человеком. Или мне кажется, и я просто давно его не видела?» Администратор на мгновение поднял на голос усталый взгляд и вернулся к созерцанию монитора, а Марк подошёл к моему столику и уселся напротив.

— Привет, Марк, — сказала я. — Хорошо выглядишь.

— Нет, это тебе привет. Ты, я смотрю, зря время не теряла. Вон какую ряху наела. Хорошо кормят? — Марк рефлекторно оглянулся вокруг в поисках шведского стола, но холл был совершенно пуст — отель крепко спал.

Его голос был таким знакомым, таким домашним, что я на мгновение ощутила прилив нежности, а следом — ледяной укол. Он видел перед собой сестрёнку, которая «хорошо поела», но не видел того, что смывали с меня слоями — кровь, грязь, память. Он видел результат, а не процесс.

— Кормят и не задают лишних вопросов — всё как я люблю, — съязвила я. — Знаешь, я уже начинаю жалеть о том, что уезжаю. Ещё месяцок без тебя пошёл бы мне на пользу.

Он хмыкнул.

— Ещё месяцок здесь — и тебе придётся заложить в ломбард свои прекрасные мехапротезы.

Марк, кажется, решил наверстать упущенный месяц подколок. Он шутил, а я машинально сжала кулаки. Они ведь были частью меня. Наверное, даже большей, чем всё остальное. И заложить их значило бы заложить себя.

— Так что, — продолжал Марк, — если хочешь сюда вернуться — советую потихоньку переключаться на рабочий лад. У нас тут наклюнулся один денежный контрактик.

— Что ж, таком случае, не будем терять времени. — Я вздохнула, отставила пустую чашку кофе и встала из-за стола. — Всё равно надышаться впрок не получится.

— А по пути заскочим на пляж на Кеспале, на всплывающий коралловый остров, — заявил Марк, поудобнее перехватывая мою сумку с вещами. — Он как раз вышел из-под воды. Там безумно красиво, а я очень хочу искупаться. Ты-то, поди, уже наплавалась здесь вдоволь?

— Только тем и занималась, что лежала кверху пузом на волнах, — ответила я.

Бок о бок с Марком мы вышли сквозь раздвижные двери в ночную прохладу. Во тьме стрекотали сверчки, вдалеке ухала невидимая ночная птица, а перед самым входом в здание отеля приветливо распахнул свои двери жёлтый глайдер беспилотного аэротакси.

Последний раз вдохнув полной грудью нежный воздух Маджи Хаи, я забралась в кабину. Месячная передышка подошла к концу. Я оставляла за спиной другой, чуждый и прекрасный мир, а впереди меня ждала неизвестность, и я мысленно взывала к Вселенной, к тёплому ветру, что оставался здесь — ко всему, что ещё могло быть свято:

«Пожалуйста, больше никаких убийств. Никаких расправ. Никаких глаз, тускнеющих в последнем удивлении. Никаких тёплых брызг на лице. Пожалуйста… Пусть этот месяц будет не передышкой, а перерождением. Пусть Лиза, что тонула в озере на Каптейне, останется там навсегда. Я больше не хочу видеть кровь. Особенно — чужую. Особенно — на своих руках…»

— Ты там спишь что ли? — раздался голос Марка, и я открыла глаза.

Со вскрытой упаковкой чипсов в руках он смотрел на меня с соседнего сиденья.

— Да, Марк, — соврала я. — Решила немного вздремнуть…