Книга Погоня за судьбой, страница 488 – Ди

«Фидес» выброшенной на берег нерпой лениво развалился на пустыре, готовясь к отлёту. Экипаж занимался своими делами — бортинженеры рубились в карты в прохладе грузового отсека, экспедитор рутинно проверял крепления грузов, а снаружи двое корабельных техников, почёсывая затылки, осматривали повреждённый подъёмный антиграв. По всему выходило, что до капитального ремонта придётся обходиться шестью «подъёмниками» вместо восьми…

Поднявшись по лестнице, я миновала короткий, ярко освещённый коридор и вошла в капитанскую рубку.

— Ну, чем порадуешь? — спросила капитан Юмашева, стоя посреди мостика и скрестив руки на груди.

— Альберт Отеро ничего не скажет, — ответила я. — Более того — он планирует переворот и в ближайшие часы собирается взорвать гиперпространственные Врата.

— Этого не может быть.

Похоже, Диана мне не поверила. В тщетных поисках улыбки она разглядывала моё лицо — она ждала, что я признаюсь в неудачной шутке, но этого не произошло. Глаза её постепенно округлялись, и наконец она воскликнула:

— Да он с ума сошёл! Будет такой выброс энергии, что Пирос попросту сдует с орбиты!

— Он не отступится. — Я меланхолично пожала плечами. — Этот человек настолько амбициозен, что сделает это только для того, чтобы войти в историю как первый, кто взорвал Врата… Он сказал, что взлёт будет с Арденума. Может, попробуем перехватить бомбардировщики? А потом… убьём Альберта. Разнесём его офис вместе с ним…

— Не нужно бредовых идей, их и без тебя хватает, — раздражённо отмахнулась Юмашева, расхаживая туда-сюда по рубке. — Я не собираюсь развязывать войну… Делать, делать… Что делать? Для начала — подключать руководство.

Оказавшись у интеркома, она набрала на сенсорной панели длинный код. Через полминуты на экране возникло благородное морщинистое лицо с резкими чертами. Седые гусарские усы прикрывали впавшие щёки, а подобранный в тон шикарным брылям светло-серый китель со смесью незнакомых знаков отличия, плашек за выслугу лет в Космофлоте и звёзд высшего офицерского состава подсознательно вызывал уважение.

— Дегтярёв на линии, — сказало лицо.

Вытянувшись по стойке смирно, Диана отрапортовала:

— Командир «Фидеса» Юмашева со срочным донесением.

— Оставьте формальности, — отмахнулся Дегтярёв. — Слушаю вас, капитан.

— Есть информация… Из первых рук. На Врата в системе Мю Льва готовится вооружённая атака.

— Значит, разведданные подтверждаются. — Пожилой мужчина задумчиво скосил взгляд. — «Фуэрца дель Камбио» идёт ва-банк?

— Местное правительство наметило восстание с целью отделения от Конфедерации.

— Всё по новой… — Закатив глаза, Дегтярёв устало поднёс морщинистую руку к лицу. — Как же меня утомляют эти взрослые дети… Ладно, Юмашева, ожидайте. Мы посовещаемся, и я вернусь с ответом.

— Есть!

Монитор потух, коммуникатор пискнул и отключился. «Кто это был? Что за взрослые дети, которые так утомили Дегтярёва? И что за форма на нём была?» Не припоминаю такой фасон и расцветку у флотских. Сухопутный? Нет, скорее всего, военный дипломат. Профессия крайне редкая, поскольку Департамент обороны не договаривается — он управляет. Старший офицер и по совместительству не выброшенный в запас военный дипломат — это огромная редкость. Такой человек был на вес золота.

— Кто это был? — спросила я.