Книга Погоня за судьбой, страница 226 – Ди

С одной стороны, нужно было улучить момент, обернуть ситуацию в свою пользу и сбежать. С другой — я не могла позволить себе роскошь оказаться ни в розыске, ни в каталажке — в этом случае шансы на исполнение моих планов растают без следа.

Хорошей новостью в данной ситуации было лишь то, что мне не придётся добираться до Сайрена пешком. Может быть, на месте как-то удастся уладить вопрос? Полиция в целом не отличалась кристальной честностью, и уж тем более — полиция Каптейна. Мне могли вменить бродяжничество и сопротивление при задержании, но эти статьи не столь тяжкие, как нападение на полицейского, поэтому у меня всё ещё оставалось окно возможностей.

— Послушайте, — тихо начала я, не поворачивая головы. — Я здесь по делу. Личному. Никого не трогала, просто ночевала в заброшке. Это не тянет даже на бродяжничество. Может, решим на месте? Без протоколов и участков.

Водитель фыркнул. Элизабет Стилл даже не пошевелилась.

— Решим? — её голос прозвучал прямо у моего уха, спокойно и устало. — У тебя в карманах «решение» лежит? Сомневаюсь. У нас — закон, он здесь, на бумаге, и наше дело — его соблюдать, а не торговать им на обочине.

— Закон? — я не смогла сдержать короткий, хриплый смешок. — На Каптейне? Вы же сами знаете, как он здесь работает. Для одних — клетка, а для других — рекомендация.

Остриё шокера впилось в ребро чуть сильнее.

— Вот потому-то мы здесь, — сказала Элизабет, и в её тоне впервые прозвучало что-то, кроме служебной холодности. — Чтобы был не для одних или других, а для всех. Ты попала под раздачу — и это твоя проблема. Не нравится — в следующий раз выбирай легальные маршруты, а не ползай по болотам с фальшивыми бумагами.

— Мои бумаги в порядке, — автоматически соврала я.

— Да брось, — проворчал мужчина, вращая руль. — Нам твой нейр всю подноготную выложил. Анна Рейнгольд, девятнадцать лет, с Пироса… А что под этим слоем было перезаписано? Служба безопасности Нового Роттердама шлёт тебе пламенный привет. Они тебя уже в базу занесли как «лицо, вызывающее интерес», так что не строй из себя невинную овечку.

Стало ясно — торговаться бесполезно. Эти двое были не из тех, кого можно купить. В них чувствовалась та же усталая, но несгибаемая принципиальность, что и у старого шерифа в вестернах, который тащит преступника через всю пустошь, потому что «таков долг».

Я мысленно прикидывала силы. Наручники, двое копов, и как минимум один из них — опытный боец. Шансы были не в мою пользу, но сидеть сложа руки и позволить засунуть себя в клетку… Я не могла этого допустить, поэтому нужно было ждать. Ждать их ошибку.

Из рации раздавались искажённые помехами переговоры. Похоже, местная полиция не покладая рук работала и днём, и ночью. Прислонившись лбом к боковому стеклу, сквозь мелькающие дворники и ползущие по ветровому стеклу брызги воды я разглядывала дорогу впереди, мощённую однообразными бетонными плитами. Среди переговоров отчётливо прозвучал голос диспетчера:

— Птенец-восемь, приём.

— Восьмой слушает, — отозвался водитель, а Стилл, сидящая рядом со мной, вытянула шею.

— Есть сообщение о наркопроизводстве в лесу недалеко от вас. Передаю координаты на ваши деки. Надо бы посмотреть, что там к чему.

— Есть контакт, сейчас проверим, — сказал мужчина.