Онлайн книга «Погоня за судьбой»
|
— П-погодите, товарищ майор… Сейчас… — Ты чего, артист, в ремне запутался? Бросай автомат, она тебя уже не укусит!.. Гуля, тут ещё одна, живая! Скорый маглев летел сквозь ночь, мерно покачиваясь в воздухе. В размытом пятне узкого вагонного коридора копошились чужие, громкие тени, суетились вокруг ставшего бесполезным кома мяса. Сгустка боли. Уверенный женский голос резко скомандовал: — Вы двое, за носилками! Она тут долго не протянет, надо в медотсек, к аппаратуре… Марат, прижимай вот здесь, да только сильно не дави! Что застыл, мальчик?! Крови никогда не видел? По полу, удаляясь, грохотали ботинки. Уже знакомый первый бас хрипло пробормотал: — Что за бойню они тут устроили… — Михаил Константинович, лучше помоги мне, надо вколоть ей коагулянт, вон как хлещет… На ней живого места нет, одно железо, — сетовала женщина. Резкий визг расходящейся в стороны молнии комбинезона. Недовольное бормотание: — Молодёжь с этими имплантами совсем с ума посходила… Едва ощутимый укол под ключицу, словно лёгкое касание смертельно-ледяного пальца. Второй укол… Чей-то молодой запыхавшийся голос: — Товарищ майор, её подельник убит, проводника и двоих пассажиров соседнего вагона осмотрели. Там, похоже, тоже всё. В последнем купе едет семья, они заперлись и не пострадали, сейчас опрашиваем… Наверное, надо вызвать техников, чтобы хоть что-то временное вместо двери придумали? — Ты их сначала добудись, — раздражённо ответил бас, — а потом ещё попробуй объяснить, что требуется. Они ж ещё со вчерашнего обеда квасят! В невидящих глазах полыхали белые вспышки, метались из стороны в сторону, так и норовя вытряхнуть меня из воспалённой груды костей и органов, окружавшей разум… Раздался лязг открывающейся двери и шелест материи. — В сторону, в сторону! — басил голос. — Грузите её… Аккуратнее, здесь держи! Чья-то мягкая ладонь бережно поддерживала мою голову, утопая в пропитанных кровью волосах. «Мама… Ты наконец нашла меня?» Я пыталась открыть глаза, но не могла — не осталось сил поднять веки, не осталось тела, которому эти веки принадлежали… — И-и раз! — Сильные руки сделали рывок, бриз подхватил меня и понёс в небо, всё выше и выше. Растрепались на ветру лохмотья бледной кожи, зазвенел колокольчиками безвольно свисавший с носилок мехапротез руки, стукнувшись о приоткрытую дверь в купе с лежащим внутри мёртвым телом. Нестройно загудел, заиграл костяной паноптикон, повинуясь порывам холодного ветра. Меня укачивало, я пари́ла в колыбели, над колыбелью, высоко над ней, в недосягаемости для неё. — Расступись, дай пройти! — покрикивал кто-то вдалеке. — Не на что тут глазеть! С дороги!.. Раздавались испуганные охи и вздохи случайных зевак, протяжно свистел ветер, игравший моим телом, как тряпичной куклой. … — Всё расписание к чертям пойдёт, если дверь и дыру в потолке не заделают! И куда я дену трупы, по-вашему?! — разгорячённо орал чей-то голос, будто бы за стеной. — Как вы это себе представляете?! Придёт клиент за добавкой, бармен откроет холодильник, а там… Извините, у нас тут временно тело хранится, положить было некуда, не обращайте внимания… Я что, один тут трезвый остался?! Голос отдалился и стих, и вскоре я вновь приобрела уверенное горизонтальное положение. Кто-то поводил по животу прохладным, и встревоженный женский голос произнёс: |