Книга ЭКТАБОН. Теория Хаоса. Том I, страница 94 – Дин Констаповски

Старушка сощурилась, пытаясь разобрать на слух его слова. Молча кивнула.

— Сколько у нас времени? — вновь задал он вопрос.

— Свеча догорит до третьей метки, люк под ними и откроется, да сгинут молодцы ваши, — указала она на свечу на столе.

Пока взрослые переговаривались, пустой взгляд Фэйрис внезапно дрогнул. В нём снова появился осмысленный блеск, а тело пробила крупная дрожь, словно она только что вынырнула из-под ледяной воды.

— Эй-эй, ты как, Фэйрис? — Эрик сделал к ней пару шагов.

Она судорожно сглотнула, глядя на них обоих с отчаянной, больной надеждой:

— Шкатулка… — её голос сорвался на шёпот. — Я могу подбежать к эшафоту и схватить их за руки, — Фэйрис выдернула наушник, отчаянно ища одобрения в их лицах.

Эрик сразу заметил в этой идее изъян, скептично смутившись.

— Фэйрис, там будет стража. Разъярённая толпа с вилами. Нас порубят на куски ещё на подходе к площади. Нам не дадут подойти к петлям… — Эрик ненароком глянул на очаг, затем на свечу, и уже после на сухую солому. — Только если… — он резко обернулся к старушке за собой. — Маргарет. У вас есть погреб? Мне нужен белый налет с камней. И весь древесный уголь, что есть в очаге. И… солома.

Фэйрис заворожённо посмотрела прямо в глаза Эрика, уверенность которого тут же появилась от какой-то идеи.

На миг повисла тишина, прежде чем подготовка началась…

«22 сентября 2018 года»

«Суббота»

«23:00»

«Леса Эктабона»

С города доносились автомобильные клаксоны, лязг шин по промокшему асфальту. И в эту минуту инспектор Чейз Гловер проходил по мокрой тропе в лес. Освещая путь фонариком, он пробирался к месту, где около сорока лет назад произошёл поворотный момент. Крушение самолёта-кукурузника, которого над Эктабоном и быть не должно было. С каждым шагом эти воспоминания становились ярче вспышки.

А неподалёку, за кронами деревьев, сквозь туманный смог виднелась вышка-радиоантенна корпорации «Глубинные горизонты». Но ему нужно было не в ту сторону. Он свернул ближе к северной стороне реки Эктабона — рядом с железнодорожными путями и заброшенной лесопилкой.

Холод окутывал Гловера, но он не сдавался. Шёл на место встречи. Однако… было у него необъяснимое, вновь, чувство дежавю. И предчувствие чего-то неладного.

Коричневая куртка его давно промокла насквозь. Брюки давили на выросший за время службы живот, а пояс, на котором держалась кобура со старым револьвером и рацией, тянул вниз. Да и одышка с возрастом появилась.

Он часто вспоминал это место. И чем ближе к нему находился, тем больше страшных воспоминаний у него всплывало с тех времён, когда пропали подростки. Те годы было весьма трудно забыть и вот… опять он здесь.

Позади инспектора послышались шорохи и шелест листвы.

— Хорошо, ты уже здесь, — возник голос того старика, с которым они виделись сутки назад.

Гловер развернулся и оглядел его, испытывая душевные сомнения.

— Думаю у нас не выйдет. Я слишком хорошо себя знаю. Он, молодой я, не послушает нас. Я уже проживал этот момент в молодости. Не послушал, — устало прохрипел Гловер, пока старик доставал из мешка шкатулку-граммофон.

— В этот раз всё должно случиться иначе. Скажешь ему убить меня, — говорил старик, указав на себя, настраивая шкатулку. — Не будет его, меня, не будет и всей этой чертовщины.