Книга ЭКТАБОН. Теория Хаоса. Том I, страница 61 – Дин Констаповски

Мужчина спустился не спеша и прошёл по брусчатке к девочке. К своей дочери. Его взгляд излучал абсолютную любовь.

Разговора между девочкой и мужчиной Сира не слышала. Но по их взглядам издалека было ясно — отношения у них тёплые. Она только лишь ждала. Ждала, пока они зайдут в дом. Они должны были зайти в дом. И, вскоре, Мигель и маленькая Фэйрис вошли внутрь, держа друг друга за руку.

Когда на территории дома, в кругу зелёной травы, освещаемой ярким солнцем, стало пусто и тихо, Сира прошла с правого боку.

У девочки было тайное место. Рядом с домом стоял старый, невысокий дуб. А в нём дупло. Там хранилось разное.

Сира, оглядываясь по сторонам, сунула внутрь руку. Там она заметила плюшевую, маленькую и серую зверюшку, которая была похожа на фенека. Там же, нашла и красную помаду с тональником, от чего даже улыбнулась на миг. Но ей было важно не это…

Она вытащила из кармана кассетный плеер и засунула внутрь. Фэйрис его найдёт. В этом Сира была уверена.

Вдруг, когда она вытащила руку из дупла, со стороны парадного входа послышался скрип паркета крыльца. Украдкой, Сира разглядела десятилетнего Адама. Его яркая бело-синяя футболка и светлые шорты выделялись на фоне мрачного леса. Сира зашла за угол. Нельзя было встречаться с ними лицом к лицу. Это было запретом. Но она была абсолютно спокойна, ибо знала план. Сразу за тем, послышались голоса. Она выглянула из-за угла: там, на крыльце, рядом с мальчиком стоял взрослый мужчина в серых брюках на лямках и белой рубахе.

Сира отошла чуть вдаль, вытащила кинжал из-за пазухи и сделала движение спиралью, прежде чем сделать крест, разрезая ткань пространства и вызывая зелёную аномалию — портал во времени.

«20 сентября 1980 года»

«Суббота»

«13:00»

«Леса Эктабона»

«За несколько часов до пропажи подростков…»

Вновь, хлопок. За ней исчезло зелёное свечение. Она переместилась.

Сира стояла в густой тени хвойного леса, почти сливаясь с почерневшими стволами деревьев. Её чёрный плащ, подбитый изнутри тяжёлой тканью, был слишком жарким для этого аномально знойного дня, но она не спешила откидывать капюшон. Она смотрела сквозь переплетённые ветви на берег реки, где жизнь била ключом в своей самой хрупкой и наивной форме.

Жара в лесу стояла невыносимая, густая, словно предвещала грозу, которой не суждено было разразиться. Сира дышала тяжело. Под плотной тканью плаща по спине стекали капли пота, но её пальцы, сжимавшие второй диктофон, оставались всё ещё ледяными.

А там, на песке у речки, сидела пятнадцатилетняя Фэйрис. Её пепельные волосы, точь-в-точь как у самой Сиры, рассыпались по спине, пока на ней были наушники. Она выглядела такой спокойной, глядя на воду, что у Сиры на мгновение дрогнула рука, сжимавшая холодный пластик диктофона. А рядом, на поваленном бревне, Кейт в своей короткой джинсовой юбке и клетчатых колготках что-то громко рассказывала Петро, активно жестикулируя. Парень в светлой безрукавке лениво отмахивался от насекомых, смеясь над её шутками. Затем к Фэйрис подошёл Адам. В своей яркой жёлтой рубахе он казался маленьким солнцем на фоне мрачного леса. Он что-то сказал ей, дружески толкнув плечом.

Сира отвела взгляд. Ей нельзя было сочувствовать. Время — это механизм, а она — его шестерня. Она это знала. Давно знала. Но ей было невыносимо смотреть на это. И ведь она не первая. Даже не последняя.