Книга Теневой двойник, страница 45 – Рина П

— В вас, милая, нет ничего неправильного. Вы совершенство, и мы с вами опередили Киреевых, не так ли? Разве это не хорошо?

— Киреевых? — Хмурю брови. Причём здесь мой… Кларин парень?

— Вижу, вы всё же ничего не поняли. Клэр, ты можешь по праву называть меня отцом, потому что твой разум — полностью заслуга DoppelSoft. Деньги покойного Киреева положили начало, а наша увлечённость делом довела его до совершенства.

Вспоминаю, о чём мне рассказывала Саша на свадьбе. Отец Клары — важная шишка в компании, производящей софт для доппельгангеров. Но права на самих доппельгангеров, как и основной процесс их изготовления, закреплены за фирмой отца Кирилла — DoppelEngineering. Дети пошли по стопам родителей и все работают в двух главных компаниях-союзниках. Более того, как я успела заметить за две недели рассказов о работе Саши, Лёши и Кирилла, две фирмы так тесно связаны друг с другом, что их сотрудники ходят вместе обедать и сидят чуть ли не в одном офисе. Что-то тут не сходится.

— Скажите, кто я такая. — Смотрю прямо в немигающие глаза Николая Ивановича.

— Теперь ты Клэр, как ты и хотела. И больше не Смирнова. — Мужчина улыбается и идёт в направлении подсобки, где, судя по звукам, что-то старательно чистит тот парень. — Влад! Сбегай-ка за оригиналом!

Николай Иванович вновь возвращается ко мне и торжествующе оглядывает со всех сторон.

— Верните мне ноги и руки, пожалуйста! — чуть ли не умоляю, пытаясь шевелить обрубками.

— Конечно, сейчас познакомим тебя, Клэр, кое с кем, и Влад всё сделает в наилучшем виде.

Николай Иванович роется в каких-то бумагах в противоположном конце комнаты, а я несколько минут безучастно гляжу в грязно-белый потолок. В моём положении это единственное, что получается лицезреть, не напрягая шею. Интересно, с кем меня решили познакомить? Из головы не выходит эта безумная искра в глазах у Николая. Так выглядит Кирилл, когда обсуждает со мной историю. Да, это его особый интерес, Клара её ненавидела, а Кирилл не любил живопись. Видимо, лишь малая часть любви строится на общих интересах, врут ваши психологи и мудрые книги.

— Пап, я тут. — Кажется, я уже слышала этот голос где-то вдалеке, пока лежала наполовину без сознания. Он показался мне смутно знакомым. Звучит, словно… словно говорю я! Со всей силы вытягиваю шею, грудная клетка подпрыгивает на столе, и вся конструкция трясëтся, грозясь опрокинуть меня на пол. Наверное, на меня насылают галлюцинации. На сей раз без белого пространства вокруг.

— Тише, тише. — Влад подскакивает к столу, и руки в противных медицинских перчатках обхватывают с двух сторон мой обнаженный торс, отзываясь щекоткой в рëбрах, и отодвигают от края стола. Что есть мочи сжимаю зубы. Впервые в осознанном состоянии меня касаются чужие руки, да ещё когда я сама в таком уязвлëнном положении. Да, моё тело лишено сосков на груди и многих других признаков, которыми должен обладать человек. Но всё равно подобное отношение к моему телу вызывает тошноту и желание опорожнить несуществующий желудок. На ум приходят объятия Саши — добрые, приветливые и мягкие. Хотя не стоит забывать, подруга работает на эту же компанию и занимается изготовлением таких как я.

— Не совсем понимаю, почему она здесь, а не с Кириллом? — На меня пренебрежительно смотрю… я? В белом халате, с небрежным серебристым пучком, пронзительными серо-голубыми глазами и так нелюбимым мною носом возникает передо мной, скрестив руки, моё зеркальное отражение. Всё встало на свои места ещё в тот момент, когда я заметила блеск в глазах отца. Теперь мои мысли лишь подтвердились.