Онлайн книга «Заговор братства»
|
Ночью Фридрих сидел на веранде, все еще опьяненный успехом. Некоторые из приехавших в Южную Африку гостей ночевали в его доме, но все уже легли спать. Фон Кайпен налил себе коньяк, выключил все лампы и, окруженный бархатной темнотой, удобно устроился в плетеном кресле. Он был доволен собой — все шло отлично. Даже те события, которые на первый взгляд выглядели трагическими, с более дальней дистанции оказались счастливым стечением обстоятельств. Итак, что можно занести в актив? Он освободился от Эвелины. С тех пор как она уехала, никто больше не действует ему на нервы своими постоянными вопросами. Ему не надо давать никаких дурацких объяснений, и он может воспитывать своего сына так, как считает необходимым. Он, конечно, ее найдет, но с этим можно подождать. Дальше. Франц. Да, жаль мальчика, но этого следовало ожидать. Природа в большинстве случаев заботится о том, чтобы выживали лишь здоровые и сильные люди. Среди зверей то же самое. У больного или тяжело раненного зверя нет шансов. Печально, но смерть Франца была предопределена. Она естественна, а кроме того, пожалуй, правильна для братства и для великой цели его Мага. Проблему с Денгельманом он практически решил. Строптивого епископа можно устранить в любое время, и никто не задаст ему вопрос, почему. Все хорошо. Фридрих отпил глоток коньяка и смаковал послевкусие благородного напитка. Он откинулся назад и посмотрел из-под крыши веранды на небо, на котором в эту ночь можно было видеть совсем немного звезд. Внезапно фон Кайпен напрягся. Откуда-то со стороны донесся тихий шум. Это чьи-то шаги. Человек идет по площадке, посыпанной песком. Маг встал и сузившимися глазами вгляделся в темноту. Контуры фигуры обрисовались яснее — это Курт Шоллер. Адвокат подошел ближе и поднял правую руку на уровень плеча. И тут Фридрих понял, что он держит пистолет. На секунду Фридриху показалось, что это дурная шутка. Шоллер находился совсем близко. И тут, как по заказу, из-за тучи появилась луна. Ну теперь хоть что-то видно. Некоторое время они смотрели друг на друга, затем Фридрих поднял бровь и спокойно спросил: — Собрался на ночь глядя поупражняться в стрельбе, Курт? Мне эта идея не нравится. Ты можешь разбудить моих гостей. Мне не хотелось бы портить хорошее настроение, которое было у всех после собрания. Для того чтобы рассмотреть выражение лица Шоллера, было все-таки темновато, но у Фридриха сложилось впечатление, что адвокат совсем не понял его слова. — Я не собираюсь упражняться в стрельбе, — в этом голосе Фридрих едва признал голос Курта Шоллера. Он звучал монотонно, безжизненно. Так же равнодушно адвокат добавил: — Я пришел убить тебя. Фридрих оторопел. Что случилось с Шоллером? Что его сподвигло на это? Может быть, сегодняшнее собрание? Нет, бессмыслица. Сегодня вечером не произошло ничего такого, что могло бы вызвать у его адвоката внезапное помрачение рассудка. Кроме того, Фридрих вспомнил, что Шоллер в последнее время на все вопросы дает ему лишь односложные ответы: «Да», «Нет», «Не знаю»… Он посчитал, что у Курта плохое настроение, и не придал этому значения. Но с какого момента… Внезапно ему стало жарко. Эвелина! Причиной этому должна быть Эвелина. Но почему? Потому что она оставила его, Фридриха? Или… Или потому, что она бросила Курта? Вполне может быть. Шоллер хочет убить его потому, что по какой-то причине считает, что он виноват в том, что Эвелина бросила его, Шоллера. Если это так, это означает, что его жена и Шоллер… |