Книга Натурщица, страница 33 – Эсми Де Лис

Это Huracán Spyder. Я знаю, что скрывается под этим черным глянцевым карбоном. Это ревущий хищник. Атмосферный V10. Шестьсот сорок лошадиных сил чистой отзывчивой агрессии. Разгон до сотни за три секунды.

Раньше, увидев такого зверя на улице, я бы застыла в восхищении, мечтая хотя бы коснуться капота. Но сейчас к горлу подступает тошнота. Мои знания играют против меня. Я слишком хорошо понимаю физику этой машины.

Его рука давит мне на затылок, заставляя согнуться почти пополам. В такие машины не садятся – в них падают. Я буквально проваливаюсь в глубокое жесткое спортивное кресло, оказываясь почти на уровне асфальта. Здесь катастрофически мало места. Кожаный салон обхватывает меня со всех сторон, как тесный корсет.

Он ныряет ко мне, нависая надо мной. В этом тесном пространстве мы оказываемся слишком близко друг к другу. Мой насильник кажется огромным. Его плечи закрывают собой весь обзор, вытесняя остатки воздуха.

Я дергаюсь, пытаясь сильнее вжаться в кресло. Его рука перехватывает оба моих запястья одним жестким движением. Я даже не успеваю вскрикнуть. Он рывком дергает меня на себя, заставляя податься вперед, навстречу ему.

— Тихо, – рычит он.

— Нет… – выдыхаю я, понимая его замысел. Но он быстрее. Щелк. Холодный металл обжигает кожу. Скульптор продевает один браслет сквозь литую ручку двери и тут же защелкивает его на моем запястье. Второй уже замкнут на другом.

Теперь мои руки намертво прикованы к обшивке Lamborghini.

Вот же козел!

Я дергаюсь, пытаясь вырваться, но цепь звенит, отдаваясь в теле тупой болью. Сердце колотится где-то в горле.

В полутьме маска нависает совсем близко, дыхание Скульптора обжигает мои губы.

И все же я ловлю себя на том, что взгляд сам собой скользит к его рту. Мгновение слабости. И он замечает это.

На лице под маской проступает опасная, как у зверя, уверенного в своей добыче, ухмылка.

— Ты замерзла, – произносит он. Это не вопрос.

Я не успеваю возразить, как он рывком наклоняется и прижимается к моим губам. Этот поцелуй как дикое голодное нападение. Его пальцы сжимают мой подбородок, не давая отвернуться. Я чувствую, как он буквально пожирает меня, хочет стереть границу между нами.

Я рвусь, кусаю его губы, отчего он издает глубокий протяжный стон.

Господи, это его только заводит.

Я на секунду вырываюсь и вдыхаю воздух, но он снова прижимает меня, и его губы скользят ниже, к шее. Каждое касание обжигает и холодит одновременно. Скульптор начинает раздевать меня: быстро расстегивает пуговицы пальто, пробираясь под кофту.

Он пьет мой страх. Впитывает дрожь. Его губы слизывают отчаяние с моей кожи, и от этой безумной близости все переворачивается внутри: страх, стыд, злость и странное пугающее ощущение, будто часть меня тонет в этом мраке вместе с ним.

— Что ты делаешь? Пожалуйста… не надо… – Мой голос дрожит, пытаюсь отбиться ногами, но он слишком сильный и непреклонный.

Скульптор задерживает дыхание у шеи, почти касаясь кожи. Его голос звучит низко:

— Согреваю тебя.

Его слова обжигают меня сильнее, чем прикосновения. Я чувствую, как тело предательски реагирует на его близость: дыхание сбивается, сердце стучит так, что готово вырваться наружу. Я ненавижу себя за это, ненавижу его за то, что он умеет превращать мой страх в нечто опасно похожее на желание.