Книга Мертвые девочки не проболтаются, страница 106 – Челси Ичасо

На этих словах Джейси разрыдалась. Если честно, я удивлена, как долго она держалась. После того как меня ударили по голове и стало ясно, что за нами следят, нужно было действовать быстро. Мы думали, что во всем виноваты Сэм и Эбби, план придумали для них. На обратном пути Джейси специально громко сказала, что Пайпер очнулась. И вот виновный прибежал в палату, все встало на свои места.

— А если бы она пришла в себя? – спрашиваю я. – Что бы ты сделал?

— Я попытался бы с ней поговорить. – Он дергает ворот рубашки так сильно, что ткань рвется, теперь кусок воротничка уродливо свисает вниз. – Извиниться.

— Убирайся отсюда, Ной, – говорю я, опираясь на подлокотники и вставая.

— Подожди, дай объяснить.

Я качаю головой. Мои глаза наполняются слезами, и я чувствую, насколько устала. И от похода, и от новости, что тот, кто мне когда-то был как брат, чуть не убил мою сестру.

Рядом со мной рыдает Джейси. Она уже не держит себя в руках – кажется, что моя голова вот-вот расколется.

— Выйди и позвони Гранту, – говорю я, толкая ее к двери. – Скажи ему, что мы ошибались.

Она кивает, выходя, бросает взгляд на Ноя. Все ее лицо залито слезами. Кто знает, скажет ли она Гранту правду? Но по крайней мере, невиновных Сэма и Эбби в полицию не отправят.

Как только она выходит за дверь, я поворачиваюсь к Ною.

— Ты бросил ее там. – Я говорю спокойным, ровным голосом – таким же спокойным бывает море в безветренный день. Но по моему телу пробегает дрожь, мне требуется немало усилий, чтобы устоять на ногах. – Она же могла умереть.

Между нами, словно барьер, повисает жуткая правда, я хватаю ртом воздух. Врачи не надеются, что она очнется. Пайпер считают живым трупом.

Всегда высокий Ной так сильно сгорбился, что его голова оказывается на уровне моей, и он не может встретиться со мной взглядом.

— Саванна, я совершил непростительную ошибку.

Делаю шаг назад, но ногой врезаюсь в стул.

— Из-за тебя все: я, родители – решили, что она пыталась совершить самоубийство. Как ты мог? Я думала… – Я смахиваю слезы рукой. – Думала, что она была твоим самым близким другом.

— Я знаю, я трус! Я не знал, что услышу от Пайпер, если она очнется. Я… я испугался.

Смотрю на кончики пальцев, они в крови.

— Это ты меня сегодня ударил?

По выражению лица Ноя понимаю, что застала его врасплох. Он хватается за волосы, половины его лица теперь не видно.

— Я запаниковал, – говорит он тише. – Я знал, что это вопрос времени, знал, что скоро вы поймете, что последним с Пайпер виделся я.

— И ты попытался подставить Сэма?

Воспоминания один за другим проносятся в голове: острые лучи света, пятна черной смолы, в моей руке телефон Сэма. Боль, раскалывающая голову на части. Тьма. Мне помогает Александра. Сэм возвращается в лагерь, в его кармане я вижу телефон.

— Ты ударил меня, забрал телефон и вернул его Сэму. Ты хотел отвести от себя подозрения.

— Он наркодилер, – цедит Ной сквозь зубы.

— А ты? Ты кто, Ной?

В тусклом послеполуденном свете, просачивающемся сквозь больничные занавески, я едва ли различаю зеленый цвет его глаз. Но я вижу его лицо, угловатое и напряженное. Больше всего моя душа разрывается от того, что последние десять лет я понятия не имела, что он из себя представляет.

Дело не в том, что он разбил сердце моей сестре.