Книга Западная суть, Восточное начало, страница 86 – Алина Устинова

— И что вы посоветуете?

— Как главе государства? Не строить культ личности. На своём примере скажу, что африканский проект будет работать вне зависимости от того, кто его возглавляет. Везде сидят проверенные люди. Способные. Сетка, так сказать. Вам тоже нужна сетка, – Геннадий улыбнулся.

Повисло молчание. Станислава внимательно посмотрела на него, усмехнулась. Он же явно понял, что вопрос был только про Мафазиму. Почему все вокруг норовят дать ей советы в управлении государством? Почему все считают себя умнее её? Или это какие-то идеи Чернова, которые он передаёт через Левашина? А, может, это провокация? Он тестирует её самообладание, тщеславие, эго? Но Филин привыкла мириться с принижением и постоянными колкостями, такая мелочь не могла её вывести из себя. По крайней мере, не сейчас.

— А вы что, хотите быть в моей сетке, Геннадий?

Левашин внезапно громко рассмеялся. Его смех в полной тишине был даже страшен. Анастасия и Олег переглянулись. Станислава уже и забыла, что они тоже находятся в этом помещении.

— А она хороша! Олег, где ты раньше скрывал такое чудо? – все ещё посмеиваясь, Гена хлопнул Илларионова по плечу. Тот поморщился – ему явно не была приятна компания бизнесмена. Левашин снова повернулся к Станиславе и продолжил: – Давай на «ты», хорошо? В твоей сетке, я боюсь, пока места для меня нет. Но не переживай, если не срастётся с президентством, у меня для тебя место найдётся.

Геннадий внимательно смотрел на неё, пытаясь понять, насколько она уловила глубинный смысл его слов. Оценивающий взгляд пробирался Станиславе под кожу, заставляя вновь усомниться в себе, ведь Левашин только что сказал, что для лояльности ей он слишком крупный игрок, до которого она просто не доросла. Или нет? Или она вновь себя недооценивает и сомневается в собственных силах? Но тогда что он хотел ей сказать, если совершенно не хотел оскорбить?

— Для такого таланта, как ты, Гена, поверь, место и в кремлевской стене найдётся, не то что в президентской сетке, – Станислава подмигнула, подыгрывая ему. Она всё же не любила столь фамильярные разговоры со странными подтекстами. Старалась их избегать, но иногда по-другому было нельзя.

— Ну-у, – протянул Левашин, шуточно погрозив указательным пальцем. – Хоронить меня раньше времени всё же не стоит. Я в этом плане суеверный.

— Геннадий Левашин верит во вселенскую кару – вот это новость, – в разговор включилась Анастасия.

Бизнесмен с интересом посмотрел на неё, как будто видел в первый раз, как будто до этого они полчаса не разговаривали в коридоре, и улыбнулся.

— А я вспомнил. Мужа твоего знаю, да. Марат? Классный парень, пару раз пересекались по… Неважно. Фамилию его не брала, значит. А что, современно, поддерживаю, – он скакал с темы на тему, как человек по раскалённой лаве, опасаясь сказать лишнего про себя и острые темы. – Побываешь на грани жизни и смерти столько, сколько я, Настюш, и не в такое верить начнёшь. Тут каждое божество на счету. Не знаешь, какое сегодня на службе.

Левашин демонстративно перекрестился, а в конце соединил ладони в жесте «намасте» и низко поклонился. Анастасия покачала головой и усмехнулась.

— Гена, а мы можем… – Олег поднял вверх папку с документами и ткнул в неё пальцем. Он был крайне недоволен затянувшейся светской беседой и всеми способами это показывал.