Книга Следователь по особо важным… телам 18+. Том 2, страница 100 – Игорь Некрасов

Ну ладно, это не важно, меня больше волнует, что руководящее лицо… столь несерьезно относится к своей работе. Зачем тут весь этот маскарад? По мне, так было бы достаточно, чтобы девушки на ресепшене встретили гостя в национальной одежде — это уже произвело бы нужный эффект. А всё остальное — уже перебор. Лучше бы, вместо того чтобы так наряжаться, нашёл, с кем оставить детей.

Я почувствовал, как внутри закипает злость.

Дело, конечно, не моё, но я же представился как следователь, сказал, что пришёл по поводу их сотрудника. Уже должно быть понятно, что дело серьёзное. Не пришёл же бы я к нему просто так — «узнать, как дела» или чак-чак поесть. Ох… люди, конечно, разные бывают, но я привык, что когда я представляюсь, собеседник хотя бы немного напрягается. А этот… этот повёл себя так, как будто к нему просто пришёл друг поболтать.

Я шёл дальше.

Картины сменились документами в строгих рамках — сертификаты, лицензии, какие-то дипломы. Даже казалось свет стал чуть жёстче, холоднее — будто я переступил невидимую границу.

Надеюсь, хоть их директор окажется нормальным человеком, а не очередным клоуном, — думал я, ускоряя шаг. — И мне кажется, было бы правильным пожаловаться на этого Игоря Семёнова. Будь я директором какой-нибудь компании, узнав про такое, как минимум сделал бы выговор.

Дорога привела меня к последней двери — массивной, тёмной, с дорогой бронзовой ручкой и табличкой из чёрного металла: «Генеральный директор. Сухов Семён Семёнович». Взгляд задержался на табличке. Никаких лишних регалий, никаких громких дополнений — просто имя и должность. В этой лаконичности чувствовалась уверенность, которой так не хватало в кабинете Игоря.

Ну хорошо, глянем, кто этот Семён Семеныч, — подумал я и, подняв руку, постучал пару раз, громко, чтобы точно услышал, а то после Игоря осталось впечатление, что могут и не услышать вовсе.

Из-за двери послышался голос — спокойный, ровный, без лишних интонаций:

— Прошу вас. Входите.

Я нажал на ручку, толкнул дверь и шагнул внутрь.

Кабинет встретил меня холодом. Только не физическим, а атмосферным. Здесь всё было выверено, подчинено порядку, и я сразу почувствовал, что попал в пространство, где ничего не происходит случайно.

Просторный кабинет, но без пафоса. Стол — массивный, тёмный, идеально чистый. На нём — ничего лишнего: монитор, клавиатура, телефонная трубка, стопка бумаг, аккуратно сложенная по краю. Никаких семейных фотографий, никаких сувениров, никаких следов личной жизни.

За столом сидел мужчина. На вид — лет сорок. Подтянутый, с короткой стрижкой, тронутой ранней сединой на висках. Очки в тонкой металлической оправе — не бросающиеся в глаза, но явно дорогие, подчёркивающие его взгляд: серый, цепкий, холодный.

Он был одет в тёмный костюм без брендовой вычурности — дорогой, но не кричащий. На секунду это даже вызвало удивление — вроде бы вещь само собой разумеющаяся, ничего особенного, но после того, что довелось увидеть в кабинете его зама, контраст казался почти абсурдным. Никаких тюбетеек с пиджаками. Всё строго, выверенно.

Именно так и должен выглядеть директор, — тут же пронеслось в голове, но всё же одна деталь никак не вписывалась в эту строгую картину — как и у Игоря, в кабинете директора сидел ребёнок.