Книга Страна без чудес, страница 81 – Андрей Уланов

Короткий шелест закончился глухим ударом. Вахмистр и стоявший рядом человек с дробовиком дружно схватились за горло, захрипели. Я даже успела разглядеть между пальцев у вахмистра рукоятку с кольцом и алой лентой.

У меня так ловко метать ножи сразу с двух рук никогда не получалось, да и подходящим балансом обладал только стилет. Его получил один из драгунов с карабином, а я с «когтем» бросилась ко второму.

Время растянулось, звуки стали глухими, отдаленными, а запахи, наоборот, яркими, словно вспышки выстрелов посреди ночной тьмы. Конский пот, адреналин, человеческий пот, чеснок… Великий Лес, как они его поглощают в таких количествах⁈ скипидар, дым, лошадиный навоз, деготь, дешевое мыло — и снова адреналин. Ух… видел бы меня сейчас маэстро Моретти! Прыжок в зимнем пальто и тяжёлых ботинках прямо на круп лошади, пусть и оттолкнувшись от борта телеги, получился воистину эпичным. Хотя вряд ли кто-то мог оценить его со стороны — Марилена послушно растянулась на земле, а все остальные… тоже чем-то заняты.

Лошадь, ощутив на спине дополнительную тяжесть, попыталась взбрыкнуть. Одной рукой я уцепилась за плечо всадника, второй, с зажатым «клыком», полоснула по шее, с расчетом зацепить вену. И даже успела увидеть, как разлетаются в стороны капли крови, почти черной в дергающемся свете факелов.

Снова прыжок, на этот раз — прямо на крышку гроба достопочтенной тетушки Марцина Зборовского. Доска скрипнула, прогнулась, но выдержала, заодно намертво защемив саблю пытавшегося вскрыть гроб. Громко ругаясь, он все же попытался выдернуть её, получил от меня ногой в лицо — судя по хрусту, с переломом носа, — взвизгнул и свалился за борт, едва не сбив подскочившего Аллана. Сцепившись, они закатились под телегу.

Как и когда пропал второй человек, рывшийся в мешках, я не поняла — но сейчас на его коне уже гарцевал полковник. С факелом в одной руке и саблей в другой он выглядел почти как демон с красной луны.

— Ко мне!

Второй раз прыжок на лошадиный круп вышел менее удачно — нога соскользнула, и я едва не улетела с коня, заодно попытавшись выдернуть из седла и самого полковника. Перепуганное животное в два прыжка донесло нас к первой телеге, ударив при этом грудью одного из оставшихся верховых — конь рухнул вместе с всадником, прямо в кровавую кашу, еще несколько мгновений назад бывшую чистым снегом. Один из факелов шипел, затухая, в луже, второй обронили на мешки в телеге, и он шипел и плевался искрами, пытаясь разжечь мокрую мешковину. На земле вперемешку лежали убитые, раненые, мешки, сброшенная одежда и что-то темное, непознаваемое. Кто-то стонал, кто-то хрипел, кто-то ругался, мешая сразу несколько языков.

Давешнего паренька из трактира пытались зарубить сразу трое спешившихся драгун. Получалось у них неважно — по большей части они мешали друг другу, пластуя воздух перед собой размашистыми ударами. Одному все же удалось наконечником сабли сбить кепку, но вряд ли он успел порадоваться успеху — полковник рубанул его сверху вниз, целясь в основание шеи.

— Слева, сэр!

Там надвигался, скалясь, офицер в начищенной каске. Выкрикнув предупреждение, я спрыгнула вниз, и очень вовремя — Кард отбил чужую саблю вбок, себе за спину. Конь под полковником захрапел, попятился, драгун ударил еще раз, сабли со звоном скрестились, выбив пару оранжевых искр.