Книга Страна без чудес, страница 71 – Андрей Уланов

Лейтенант виновато развел руками.

— Какое уж есть.

— Угу, — мрачно кивнула я и, подумав, добавила, — спасибо, Аллан.

— За что?

— Ты меня успокоил. У меня возникли сомнения, так ли плох этот город на самом деле? Или после Хранимого Королевства любое иное место будет выглядеть гнусной помойкой? Но раз ты, человек, придерживаешься схожего мнения, значит, проблема вовсе не в эльфийском снобизме.

— О, на этот счет можешь не переживать! — вмешалась в разговор Марилена. — У меня от здешнего пейзажа просто мурашки по… везде.

Дверь заведения вновь разразилась надрывным скрипом. Полковник вышел на порог, оглянулся, словно проверяя, не провалился ли город за последние минуты на Вечный лёд, и махнул нам рукой.

— Второй этаж, вторая дверь справа, — бронзовый ключ, врученный Аллану, выглядел так, словно его кто-то долго и упорно грыз.

— Кухни нетути, — просипели от стойки за спиной полковника. — Жрать в трактире напротив.

Сделав шаг вперед, я разглядела блестящую лысину, остатки рыжих волос по краям и большой красный нос. Прочие приметы разглядеть не получалось — склонившись почти к самой тетради, хозяин старательно выводил запись о прибывших гостях. Он уже справился с большей частью нынешнего титула Карда: «Гехаймер Регирунгсрат фон Штольцен, Рат дриттер Классе», сделав при этом всего-то три ошибки в слове «правительственный», и сейчас решительно фиксировал всех прочих окончанием: «и яво семейство»!.

Лестница на второй этаж давно рассохлась и скрипела ничуть не хуже двери. На верхней ступеньке нас встретил большой таракан, судя по цвету, находившийся в прямом родстве с владельцем гостиницы. При виде поднимавшегося полковника он встал на задние лапы, неодобрительно пошевелил усами, но понял, что пришельцы настроены решительно и не собираются отступать, развернулся и скрылся в щели между досками.

Наверху пахло мокрым деревом, хлоркой, мышами, дешевым табаком и пивом. Со второй попытки Кард сумел открыть дверь номера и посторонился, пропуская вперед меня с Мариленой.

Прежде всего я сорвала капор, выпустив на свободу исстрадавшиеся уши — и едва не застонала от наслаждения. Сквозь дощатые стены проступили голоса из номера в конце коридора, стук молотка где-то внизу, ругань возчика на улице и шуршание мышей где-то в стене.

Даже не пытаясь вслушиваться, я торопливо, едва не просыпав половину драгоценного здесь табака мимо чаши, набила трубку, затянулась и лишь затем огляделась по сторонам. Низкий потолок, бумажные цветочные обои, две кровати, стол и треснувшее зеркало над комодом. А еще…

— Тараканы, клопы, вши, — я попыталась приглядеться к темным точкам на подоконнике, но не смогла прийти к определенному выводу, — возможно, блохи.

— Надеюсь, — О’Шиннах попытался обойти кровать по широкой дуге, но уперся в шкаф, — нам не потребуется ночевать в этом клоповнике⁈

Кард прошел к окну, выглянул наружу, стоя чуть сбоку.

— Паровой дилижанс уходит утром.

— А разве мы планировали на нём ехать, сэр?

Я тоже не могла припомнить подобного пункта в плане. Врученные Лаэнторном бумаги, как он честно предупредил, выглядели безупречно и легко выдерживали обычные дорожные проверки. Но если местные пограничники всерьез озадачатся вопросом и начнут по телеграфу выяснять, кто такой «Гехаймер Регирунгсрат фон Штольцен» и зачем он тащит свое семейство через границу, у нас могут возникнуть проблемы.