Книга Страна без чудес, страница 12 – Андрей Уланов

В которой Фейри Грин получает подарок

Эльфы никогда не могут заблудиться. Еще одно из «всем известных» заблуждений. У нас ведь изумительная память, внимание к мельчайшим деталям, слух, чутье и внутренний компас, от рождения встроенный в кости черепа. Ах да, еще и путеводная звезда, персональная у каждого эльфа.

Увы, под землей не светят звезды, шум громадных механизмов напрочь сбивала пресловутый внутренний компас, испуганно показывающий лишь направление: «наружу, подальше и поскорей бы!», а память… Память при попытке вспомнить дорогу всякий раз услужливо подсовывала Тома. Как он шёл рядом, рассказывая, что у болотных гномов отвратительное чувство меры, зато превосходное понимание гидравлики, а я страдала от похмелья и мечтала, чтобы он когда-нибудь замолчал.

Что ж, эта мечта исполнилась.

Первый гном, у которого я спросила дорогу к «Хромому лебедю», молча указал на боковой тоннель и покатил свою тележку дальше, прежде чем я успела задать уточняющий вопрос. Второй поправил меня: не «паб», а «питейный зал». Третий долго разглядывал мои уши, должно быть, пытаясь увязать в голове или бороде образ эльфийки с местом для вдумчивого распития эля почтенными подгорными жителями, затем встряхнул головой, избавляясь от ненужных ассоциаций, прокашлялся и подробно рассказал, как и куда следует идти. Действительно подробно, я запуталась всего два раза, вышла к рельсам парового трамвая, а дальше осталось лишь не ошибиться с направлением. Ну а с чудовищной дверью просто повезло — стоило мне приблизиться, как навстречу вывалилась компания из двух гномов и придерживающего их вертикально гоблина. Дверь гоблин распахнул пинком ноги, причем достаточно сильным, чтобы я успела юркнуть в сужающуюся щель.

Марево табачного дыма, шум, голоса. Только сидевший за стойкой Бьярни в этот раз нарядился не в желтый с черным и серебром, а красный бархатный жилет — и полировал абразивом не клановый топорик, а нож в стиле гоблинского скрэмба.

— Мисс чистокровная эльфийка, — сказано уверенно, не вопрос, а узнавание. — Пришли за новой порцией Саэлен Велай?

— Нет, — хотя запасы эля и впрямь заканчивались, и действительно надо бы заказать еще, но не в этот раз. По крайней мере, не сейчас. — Выпить в память о друге.

Бьярни понимающе склонил голову.

— Мы знаем про Тома, — глухо сказал он, — Отличный был механик. Болтал только много, ну в его-то годы почти у всех рот не закрывается. Некоторые седобородые и до сих пор, как молодые… — помолчав, Бьярни потёр большим пальцем край стойки, будто проверял, нет ли там скола или щепы. — Сейчас поищу кой-чего.

Развернувшись, Бьярни прошелся вдоль стойки, нагнулся и нырнул в какую-то нору под полками. Я осталась ждать, пытаясь не вслушиваться в гудение зала за спиной. Получалось не очень, все же гномы обычно говорят, а тем более спорят, довольно громко. Большей частью о совершенно недоступных пониманию других материях, вроде определения температуры при закалке с точностью до градуса или преимуществах и недостатках гвоздей трехгранного сечения перед круглым. Один раз прозвучало что-то вроде: «та самая, с гонок», но по большей части мое появление ажиотажа не вызвало.

Бьярни вернулся с бутылкой. Пыльной, бугристой, со стершейся до полной нечитаемости этикеткой. Порывшись под стойкой, он выставил рядом стакан, вернее, стаканчик. Небольшой даже по меркам людей и эльфов, орки наверняка смогут использовать его в качестве напёрстка.