Книга Мы сотрем ваше прошлое, страница 11 – Анита Гамильтон

Фрэнк нацепил на нос толстые очки для чтения и аккуратно, словно это был хрупкий пергамент, разгладил лист бумаги на верстаке. Пока он изучал цифры и знаки, Люси слышала только тиканье часов.

Наконец Фрэнк откинулся на спинку стула и снял очки.

— Ну? — Эл постучала пальцами по бутылке бурбона. — Миллионы? Бриллианты? Код от швейцарского сейфа?

— Хуже. Похоже на книжный шифр.

— На что? — спросила Люси.

— На шифр, которому нужен ключ. Книга, фраза, номер страницы — что-то, известное отправителю и получателю.

Люси поправила розовые очки. — А Генри сказал, что он просто бизнесмен. У него какие-то проблемы с деловыми партнерами…

— Твой бизнесмен явно не все тебе рассказал. — Фрэнк ткнул пальцем в рисунок внизу листа.

— А треугольник? — спросила Люси.

— Маркер. Возможно, подсказывает, как читать код. Но без ключа все равно бесполезен.

— Почему? Ты же лучший от Бруклина до Квинса! — возмутилась Эл.

— Эл, мне семьдесят четыре. Я чиню часы и иногда нарушаю федеральное законодательство. Я не волшебник. Без ключа я могу сидеть над этой бумажкой до следующего века. Тут может быть что угодно: адрес, имя, номер счета или рецепт королевского овсяного пудинга.

Люси немного отпустило.

— Значит, бумажка у нас, но прочитать ее мы не можем. А Генри Сноу думает, что она растворилась в моем тазу с кислородным отбеливателем.

— Именно, — Фрэнк сложил лист и протянул его Люси. — И вот это меня беспокоит больше самого шифра. Послушай старика, Лю. Отдай ему пиджак, забери деньги и забудь этот адрес. Если человеку приходится прятать сообщения в шифрах, тебе лучше не выяснять, зачем.

Люси взяла листок и быстро сунула его во внутренний карман сумки, прямо между флаконом с лавандовым маслом и пачкой влажных салфеток.

— Поехали домой, ба, я больше не могу — Люси поднялась. — Фрэнк прав. С меня хватит шпионских игр. Я — убираюсь. Вот этим и займусь.

Они попрощались с Фрэнком и вышли на улицу.

Над Квинсом собирался летний ливень. Люси завела розовый минивэн, и они с Эл покатили домой. На сегодня с нее хватит британцев, шифров и мокрых пиджаков.

На сороковом этаже 111 Мюррей-стрит Генри Сноу увеличил фотографию на экране телефона.

Розовая вода. Край серого пиджака. Комок размокшей бумаги.

Он приблизил снимок еще немного. Помолчал. Потом улыбнулся.

Вержевая бумага так не размокала.

— Люси, Люси…

Biicla — Luv

Запах лаванды преследовал Люси даже во сне. Ей снилось, что она тонет в огромном чане с фиолетовой пеной, а сверху на нее меланхолично смотрит огромный шведский комод.

Она резко открыла глаза и шумно выдохнула. На часах было всего 9 утра. Люси проспала от силы часа четыре, у нее были огромные проблемы со сном. Точнее, поспать-то она любила, а вот заснуть было проблемой.

После ночного визита в Трайбеку, операции на шикарном диване и утренней поездки в промзону Квинса к старому Фрэнку ее мозг слишком долго прокручивал цифры и буквы шифра, прежде чем наконец сдаться усталости.

Из кухни доносился бодрый стук тесака по деревянной доске и дребезжащий голос Эл, которая подпевала какому-то древнему джазовому мотиву из радиоприемника.

Люси натянула свои любимые розовые очки, без которых чувствовала себя абсолютно беззащитной перед миром, и вышла из комнаты. В гостиной все еще живописно покоились части комода, ставшего жертвой слепой старушки.