Книга Потерянное эхо, страница 173 – Фарха Таннба

— Ут-Кызы, — произнесла майстерин Гаусс со всем спокойствием, на которое вообще была способна сейчас, — Послушайте меня. Если вы сейчас кинетесь пешком на ту сторону фиорда, вы только сами пострадаете. Чтобы помочь семье, вам нужно сперва разобраться в том, что происходит в городе…

— Я не буду пешком, я поеду на трамвае, — обиженно буркнула Тидесбала, пусть звон подвесок и заглушил её слова почти полностью.

Если бы трамваи ещё ходили — пока майстерин спешила к своей лисентирин, она не увидела и не услышала ни одного. Конечно, это могло оказаться простым совпадением, но Рубидия предпочитала надеяться на лучшее, не забывая и о худшем варианте. Если в городе серьёзные беспорядки, то транспорт мог и вовсе не выйти на улицы. Водители ведь тоже живые люди.

— В любом случае, сначала нужно убедиться, что вы сможете безопасно переправиться через фиорд и не станете для врагов мишенью, которую вашим родственникам придётся защищать. Вы же хотите помочь им, верно? А значит, сначала должны разобраться в происходящем и успокоиться. Пожалуйста, не теряйте голову, Ут-Кызы!

Юлчы резко обернулась, впилась в Рубидию почти прозрачным взглядом двойных глаз и чуть слышно спросила.

— А что ещё делать-то?

Майстерин замялась, пытаясь придумать, как именно они могут точно выяснить, что происходит на другом берегу. Чем ответить на отчаяние и бессилие, когда ты даже не понимаешь, как справиться с собственными чувствами? И что тут делать с чужими?

— Давайте попробуем найти радиоприёмник, вдруг хотя бы по радио что-нибудь полезное скажут, — упавшим голосом предложила Ут-Кызы. Рубидия кивнула, вспоминая, у кого из друзей и знакомых точно было радио. Самой алой майстерин, как и её лисентирин, держать у себя приёмник не имело смысла — многочисленные артефакты разной степени завершённости создавали вокруг себя столько эфирных помех, что влияли на сигнал. У коллег-артефакторов по той же причине радиоприёмников никогда не водилось, и чуть ли не единственный радиолюбитель, к которому можно обратиться с просьбой — это Эрсин.

— Ут-Кызы, у вас есть телефон? — Рубидия могла бы позвонить другу и предупредить, что придёт к нему с вместе с лисентирин, что в городе опасно, что, возможно, Виенне тоже следует соблюдать осторожность.

— Юк, остаз, — качнула головой юлчы под печальный звон колокольчиков в косичках. Что ж, тогда они вынуждены явиться без приглашения — Эрсину она сможет всё объяснить, а он непременно выслушает. Нужно лишь придумать, как рассказать ему о произошедшем, не встревожив слишком сильно, а то с него станется и прямо на костылях броситься на поиски переправы, чтобы, перебравшись на южный берег, лично остановить офицерский марш и вразумить сослуживцев.

Вот только один вопрос, который мешал осуществить этот план, майстерин не могла игнорировать. А насколько безопасно Тидесбале идти сейчас по улице без оружия? Даже посох Рубидии остался у неё дома в прихожей — она ведь не ожидала никаких опасных происшествий. Да, под изгородью не стояла толпа с факелами и зажигательной смесью, но кто знает, что ждёт юлчы за пределами колючей ограды?

— Ут-Кызы, у адмирала Илаи есть рабочий приёмник, надо отправиться к нему. Все объяснения я возьму на себя, — предложила Рубидия и тут же спросила раньше, чем лисентирин успела что-то возразить или хотя бы попытаться вставить слово: — А ещё нам понадобятся проволока и ваша ниханьская орхидея.