Книга Потерянное эхо, страница 125 – Фарха Таннба

— Я пытаюсь сделать всё правильно хотя бы здесь и сейчас. Так, как это необходимо сделать… а ты… ты просто не понимаешь.

О чём Лотар вообще говорил? Речь о его женитьбе на Тригг, но что он имеел в виду? Что должно быть правильно? Внебрачных детей Красному барону даже никогда не приписывали, старший сын у него, кажется, родился спустя больше года после свадьбы. Увольнительная… насколько Рубидия помнила, Лотар тоже из Альдес-Пернаута, и значит, на свадьбу должны были приехать его родные, которых нужно встретить, как подобает. А есть ещё семья невесты и множество ритуалов и жестов вежливости, которые надо выполнить, чтобы “сделать всё правильно”, как выразился сам Лотар. Ему действительно требовалось несколько дней на всё, но сама ситуация всё равно казалась странной. Пять лет искал… Значит, этот разговор произошёл уже через пять лет после окончания войны? Раньше начать поиски Красный барон бы не смог.

— Не понимаю и не хочу понимать, — равнодушие Эрсина скрывало все его чувства, словно толстая корка льда. И не узнать, что за течения скрываются под ней и какую опасность они таят. — Если ты действительно надеялся и искал Виенну, то зачем женишься?

— Так нужно, чтобы всё было правильно, — упрямо повторил Лотар, — А остальное это уже моё личное дело.

Эхо слабело, изображение тускнело, но Эрсин всё ещё молчал, неподвижно смотрел прямо на сослуживца и в один неуловимый миг опустил взгляд и совершенно механическим движением подписал бумагу — ту самую увольнительную. Будто распорядился привести в действие приговор.

А может, так оно и было?

На этот раз сцена, сохраненная эфирным эхом, произвела на майстерин Гаусс не столь сокрушительное воздействие, и она сразу же покачала головой.

— Нет, это точно не ненависть, а господин Мейтнер не стал бы мстить Эрсину. Так не мстят. — Когда мстят, не говорят с жертвой как с собственным палачом, Лотар же почти оправдывался перед Эри за свой брак. Он как будто и сам его не хотел — это странное “так будет правильно” слишком мало походило на искреннее желание, порождённое пусть не страстью, то хотя бы расчётом. Рубидия склонна была поверить, что он и правда пять лет после Великой войны не мог смириться со смертью возлюбленной и пытался её отыскать, надеясь на чудо. Красный барон всегда был достаточно безумен и слишком упрям.

А Эрсин… Эрсин даже после смерти сестры держал её сторону, забывая ради этого о разумности собственных действий. Эрсин безусловно знал о кулоне, подаренном Виенной сослуживцу, не раз и не два видел его у Лотара, но не пытался вернуть. По крайней мере, в тех фрагментах эха, которые они с Тидесбалой только что посмотрели, не было ничего подобного. Мог ли Эрсин по каким-то своим внутренним причинам решиться на месть Мейтнеру? Исключено. До сих пор всё, что Рубидия узнала при изучении эфирного эха, соответствовало характеру и поведению её друга, хотя, как оказалось, майстерин недооценивала его скрытность и неумение выражать собственные чувства. А ведь Эри сам в течение долгих лет знакомства невольно приучал её к тому, что лучший способ понять другого человека — это разговор, когда ты спокойно слушаешь собеседника и в свою очередь честно рассказываешь ему о собственных ощущениях, обидах и чувствах. Но ведь даже так Илаи не упоминал о слишком многом.