Книга Топор богомола, страница 74 – Котаро Исака

Кацуми на мгновение задумывается.

— Ну… по правде сказать, не то чтобы такого никогда не случалось.

Жук-носорог чуть выпрямляется.

— Вот как? И когда это было?

— Пап, не нужно так из-за этого беспокоиться, – ухмыляется Кацуми. – Я никогда не был тем, кто издевался над другими.

— Значит, издевались над тобой?

— Можно и так сказать… это был как бы один шаг до настоящего издевательства.

— Такое разве бывает? Один шаг до?..

— Они преследовали меня. Это было, когда я учился в средней школе.

— А в чем была причина?

Кацуми сидит перед ним, совершенно спокойный и беззаботный, так что, очевидно, он со всем самостоятельно справился. Но Жук-носорог внезапно чувствует, что должен защитить его.

— Кто знает… Наверное, просто что-то им во мне не понравилось.

— Я полагаю, что на самом деле людям не нужна какая-то внятная логическая причина, чтобы испытывать к кому-то неприязнь. – Говоря это, Жук-носорог думает о работе, за которую берется уже много лет. Конечно, у клиентов есть свои причины заказывать убийства, но, объективно говоря, их доводы не часто основываются на логике. Это может быть просто обида или недоразумение. Однажды он слышал о человеке, который хотел кого-то убить, потому что тот был похож на друга, с которым он сильно поссорился, и даже видеть его лицо было невыносимо. Возможно, тот клиент считал, что жертва сама виновата в том, что выглядела так, как выглядела. Однако, по мнению Жука-носорога, было очевидно, что человек, заказавший убийство, был не прав. – Так как же ты с этим справился?

— Я сейчас даже и не вспомню. Наверное, я просто как-то справился с этим. Пытаться постоять за себя или, наоборот, подлизываться к ним не имело смысла. Это ничего не изменило бы. Как всегда говорит мама: «Люди могут делать только то, что они могут делать, а все остальное – за пределами их возможностей».

— Да. Думаю, в этом есть смысл.

— Я хочу сказать, что делал то, что мог. Было совершенно бессмысленно беспокоиться о том, чего я не мог изменить. В то время казалось, что это будет продолжаться вечно, но теперь, оглядываясь назад, я понимаю, что это длилось совсем недолго.

— Как их звали? Как они выглядели?

Если Кацуми помнит, то Жук-носорог с радостью разыскал бы их и немного поохотился за ними, чтобы заставить их испытать страх.

— Пап, у тебя безумный взгляд.

— Что бы ты сделал, если б когда-нибудь встретил их снова?

— Если б я снова встретил их? Не знаю, а что бы я должен был сделать? Я думал об этом. Если бы я когда-нибудь вновь где-то с ними столкнулся, был бы я с ними дружелюбен, или попытался бы им отомстить?..

— Хороший вопрос.

До того момента, как Кацуми заговорил о самой возможности быть дружелюбным со своими обидчиками, в голове Жука-носорога был только один вариант поведения, но он притворяется, что задавался тем же вопросом.

— Знаешь, что однажды сказал Джон Кеннеди? «Прощай своих врагов, но никогда не забывай их имен».

— Вот как…

— Полагаю, это означает, что ты можешь простить их, но по отношению к ним нельзя терять бдительности.

— Или, может быть, это означает, что ты должен помнить их, чтобы добраться до них и отомстить им в следующей жизни… Нет, ну только посмотри на себя: ты цитируешь Кеннеди! Это впечатляет.

— Ну, не то чтобы он сказал это мне лично… Может быть, на самом деле он вообще никогда этого не говорил.