Книга Качели смерти, страница 89 – Котаро Исака

— «Велекасери» – это какой-то первоклассный компьютер? – спрашиваю, нагнав его.

— Не знаю, что такое для тебя первоклассный компьютер.

— В него можно зайти и сделать что-то? Вернее, что вы собирались с ним сделать?

— Я хотел проверить, не оставил ли он что-то после себя. Но, конечно же, легко войти не получилось. Я даже не смог найти адрес сервера. К тому же, похоже, дал себя обнаружить.

— Обнаружить?

— Набрав команду, перешел по странному адресу. Это была ловушка. Следы моего вмешательства останутся в истории поиска.

— Обнаружат ваше местоположение? – переспрашиваю я, хотя в этом нет необходимости.

Теперь каждый прохожий на нашем пути может оказаться преследователем. Это нехорошо.

Вернувшись к месту, где он оставил велосипед, Тюсондзи использует отпечаток пальца, чтобы открыть электронный замок, и снимает велик со стойки. Я решаю, что нам снова придется ехать вместе, но Тюсондзи говорит:

— В городе мы привлечем много внимания.

Он начинает идти, ведя велосипед рядом, а я следую за ним. Снова спрашиваю, куда мы теперь направимся. Он не дает ответа. Расстояние между нами постепенно увеличивается. Я раздумываю, не будет ли лучше сейчас просто разойтись, когда вдруг замечаю в поле зрения объектив камеры слежения. Меня охватывает нетерпение. Не знаю, действительно ли у него при себе работающая глушилка, но стоит мне отойти от него подальше, как я чувствую страх, словно в меня вот-вот выпустят стрелу. Я быстро нагоняю его. Сталкиваюсь с молодым человеком, вышедшим из-за угла, и извиняюсь. Он молча проходит мимо, не отрываясь от экрана пасска в своей руке. Быстро забыв о нем, я продолжаю движение, когда вдруг слышу, как меня кто-то зовет:

— Эй, вы уронили!

Обернувшись, я вижу того молодого человека, с которым столкнулся. Он протягивает мне листок бумаги. На нем написано: «Ты был прав. Озбел и слон».

Я не понимаю, как он мог выпасть у меня из кармана. Тюсондзи, заметив мое замешательство, объясняет:

— Я не хотел нести его сам, поэтому спрятал в карман твоей одежды.

— Но это же важное письмо? От друга.

— Его содержание важнее, верно? Не сам лист бумаги.

Для своего возраста Тюсондзи, в джинсах, с длинными волосами и небрежной манерой говорить, выглядит скорее как плохо воспитанный юнец, чем как полноценный взрослый. Все его слова звучат неуверенно.

Дорога до парка занимает около пяти минут. Большой парк разбит на месте бывшей мэрии Сэндая и здания правительства префектуры, которые перенесли в другое место. По его периметру высажены деревья, а на территории нет ничего, кроме нескольких скульптур и скамеек. Мы садимся на одну из них. На дереве рядом с ней также расположена камера, объектив которой направлен прямо на нас.

— Всё точно в порядке?

— О чем ты?

— Разве нас не поймают на камеру?

Тюсондзи удивленно смотрит на камеру слежения на дереве.

— Нет, всё в порядке. Это старая модель. Моя глушилка справится.

— А с новыми она бесполезна?

— Надеюсь, ты не начнешь расспрашивать, как меня зовут… – продолжает он, не глядя на меня.

Я понимаю, что с момента первой встречи мы так и не поговорили как следует.

— Вы что-нибудь вспомнили?

— О чем?

— О том, что написано в письме. – Я думаю, что мы не сможем продолжить поиски, не решив эту проблему. – «Ты был прав. Озбел и слон». О чем-то напоминает?