Книга Авдей. Дитя хаоса, страница 138 – Анастасия Понамарёва

Я провалилась. Снова. И тогда я сбежала.

Я продолжила читать, ища записи о других — о тех, кого не спасли. О тех, кого отправили в лабораторию.

«Объект 412-Терра. Нестабильность Клосса. Направлен в лабораторию для углублённого изучения. Результат: не подлежит дальнейшему использованию.»

«Объект 589-Терра. Отказ от сотрудничества. Направлен в лабораторию. Результат: утилизирован.»

«Объект 703-Терра. Провал на итоговом испытании. Направлен в лабораторию. Результат: не зафиксирован.»

Сотни номеров. Сотни «Терра». И ни одного «выбыл по окончании срока». Только «направлен в лабораторию». И тишина. Никто не возвращался.

Я не нашла себя среди этих записей. Меня здесь не было. Но я знала, что мой номер существовал где-то в других архивах. 734-Терра. Объект с экстремальным потенциалом. Объект, который должен был быть списан. Объект, который сбежал.

Я нашла записи о том, как работает система отбора. О том, какие критерии используются для оценки носителей.

«Критерии оценки носителя Клосса:

1. Мощность потока — объём доступной энергии.

2. Стабильность — способность удерживать Клосс в контролируемом состоянии.

3. Контроль — точность и осознанность применения.

4. Пси-устойчивость — способность противостоять внешнему воздействию.

Оптимальный носитель — высокие показатели по всем критериям. Допустимый — высокий поток при среднем контроле. Критический — экстремальный поток при полном отсутствии контроля. Такие носители считаются нестабильными и опасными.»

Я закрыла глаза. У меня был экстремальный поток. И полное отсутствие контроля. Я была критическим носителем. Опасным. Нестабильным. Таким, которого следовало списать.

Но Вейл не списал меня. Он дал мне шанс. И я сбежала.

Я нашла ещё один документ. Отчёт о том, как Клосс реагирует на разные состояния носителя.

«Страх: снижает контроль, увеличивает риск неконтролируемого выброса. Гнев: усиливает мощность, снижает точность. Боль: может как усилить, так и ослабить поток в зависимости от индивидуальных особенностей. Отчаяние: полная потеря контроля, самоуничтожение.»

«Рекомендация: для стабильной работы использовать дисциплину и тренировки. Эмоциональные триггеры не рекомендуются — они делают носителя нестабильным. Идеальный носитель — тот, кто способен отделить волю от эмоций.»

Я знала это. Я знала, что мой Клосс зависит от воли, а не от эмоций. Но моя воля была слабой. Моя боль была слишком сильной. Мои страхи — слишком глубокими. Я не могла контролировать себя, потому что внутри меня всё ещё жила та девятилетняя девочка, которая смотрела на экран и видела лица мёртвых родителей.

Я открыла глаза и посмотрела на экран. Записи обрывались на середине. Важное отсюда давно убрали, когда базу закрыли и перенесли всё в другое место. Остались только обрывки — намёки на то, что происходило за стенами лаборатории. Но даже этих обрывков хватило, чтобы понять: Авдеи — это не защитники. Они создают оружие. И тех, кто не может стать оружием, они уничтожают.

Я выпрямилась и отодвинулась от терминала. Внутри всё кипело, но я заставила себя успокоиться. Не сейчас. Сначала — то, за чем я пришла.

— ТИТР, — позвала я, — у нас есть портативный накопитель?

— В аварийном комплекте, капитан. В шкафчике у шлюза.

Я нашла флешку — старую, ёмкую, с защитой от перезаписи. Вставила её в терминал и начала копировать все файлы, которые смогла найти. Отчёты о классификации. Списки объектов. Протоколы лабораторных исследований. Всё, что могло пригодиться. Всё, что могло стать доказательством.