Книга Что есть Книга, или Правила пользования библиотекой, страница 94 – Ирина Чеботарь

— А этот…мой ночной гость не может пробраться в наши дома? – Затаив дыхание, я ожидала ответа.

— Ему нужно в библиотеку. – Строго сказала Пенелопа Витальевна. Мой вопрос её явно не порадовал.

— Зачем? – Я не собиралась сдаваться.

— Вот этого я не знаю. Скорее всего, одна из книг его беспокоит. За нею он пришёл.

— И вы не станете выяснять, что это за книга? – Перед моим мысленным взором маячило кресло с тайником.

— Для нас все книги одинаковы. Мы защищаем библиотеку, а соответственно и её содержимое. – Пенелопа Витальевна нервно схватилась за чашку. – Но ты не думай, что я всё так оставлю. Я уже направила сообщение в Международную Ассоциацию книжных комплектований. Если они сочтут моё донесение важным, пришлют кого-нибудь для разбирательства. А возможно, определят книгу и изымут.

В столовую изящной походкой вошла Маша. Я залюбовалась ею, но лишь до тех пор, пока не заметила в её руках полиэтиленовый пакетик. Под тонкой оболочкой зеленел клочок водорослей.

— Кто? – Мучительно выдавила Пенелопа Витальевна. Я даже удивилась её ужасу, будто для неё новость, что ночью кому-то придётся дежурить. На миг мне показалось, что у нас началась война и директриса взяла на себя обязанности командира отряда, призванного защищать подступы к библиотеке.

Маша мотнула головой в мою сторону.

— Я?! – У меня ноги онемели. – Не может быть.

— Я зашла в детский отдел, чтобы одну книгу проверить. Её сверху запрашивали. И нашла вот это. – Пакетик лёг передо мной. Я с чувством брезгливости и страха (не знаю, что сильнее) отстранилась от него.

Пенелопа Витальевна и Марья Дмитриевна испуганно таращились друг на друга.

— Это хорошо, или плохо для библиотеки? – Сдавленно спросила я, решив, что лично для меня в этом нет ничего хорошего.

— Это странно. Никто не дежурил два раза подряд. – Пенелопа Витальевна бледная, как полотно, смотрела на меня с обидной жалостью.

— А вы не заметили закономерностей в избрании дежурного? – Я храбрилась. Наверное, солдаты на войне тоже так себя чувствуют: боятся, но в бой идут.

— Да, была чёткая закономерность – все по очереди. Мы всегда знали, кто следующий. И, если вспомнить, тебя в твоё первое дежурство аккурат на Наташино место всунули. – Пенелопа Витальевна потёрла вспотевший лоб. – Маша, собирай девочек в красном уголке.

Маша ушла, я и Марья Дмитриевна остались прибираться на кухне, Пенелопа Витальевна отправилась в кабинет за какими-то бумагами.

— Ты на меня злишься? – Приглушённо спросила Марья Дмитриевна.

— Я же сказала, что нет. В обычной ситуации может бы и злилась, но сейчас – нет.

Покончив с мытьём посуды и натиранием столов, я, нагоняемая Марьей Дмитриевной, поспешила в красный уголок, где все уже были в сборе и с нетерпением ожидали нас. Я присела на свободное место возле Ванечки, он, не стесняясь, прижался ко мне.

— Девочки, - Пенелопа Витальевна заметно нервничала, - обстоятельства вынуждают меня объявить в Непорочном чрезвычайное положение. Отныне всем запрещено появляться на улице после заката. Об этом немедленно будут оповещены те, кто сейчас не присутствует среди нас. В нашем милом, тихом оазисе объявились нежеланные гости. Их цель пока что не ясна. На сколь они опасны, мы не знаем. Но есть первые сигналы надвигающийся угрозы. – Директриса глубоко вздохнула. – Попытка ночного вторжения, причём, не первая и, как я полагаю, не последняя. Уже дважды злоумышленник пытался проникнуть в библиотеку под личиной уборщицы. Жаль, только, что в первый раз мы не сразу узнали о поддельной Марье Дмитриевне, подлинная, почему-то постеснялась в этом признаться…