Книга Что есть Книга, или Правила пользования библиотекой, страница 82 – Ирина Чеботарь

— А тебе зачем? – Мне удалось завуалировать прорывающуюся грубость.

— Я хочу помочь. – Пропищала Маша. Надо же! А я, дура, раньше наслаждалась звучанием этого голоса.

— Знаешь, - внутри меня кипело, снаружи всё выглядело вполне благопристойно, - я передумала. У меня был вопрос, но я сама нашла решение…

— А. – Машины глаза потемнели, наверное, от «переживаний» из-за коллеги, то есть, меня. Мне же хотелась врезать ей по носу. Устояла.

Не помню, как взлетела по ступенькам, пронеслась мимо Вани к креслу. Мне плевать было на обшивку, мне плевать было на всё. Я рывком разодрала шов седельной полушки так широко, что туда можно было просунуть две книги альбомного формата. В образовавшуюся дыру тут же была воткнута «Что есть красота». Когда Ваня приблизился ко мне, я сидела в кресле, упираясь локтями в колени и пальцами нещадно уничтожая порядок причёски (утром я причёсывалась с особым усердием, настроение было прекрасное).

— Мама, что-то случилось? – Я видела, он боится услышать ответ, его чёрные очи тлеющими углями обожгли моё сердце.

Неужели мой вид так красноречиво кричит о внутренних переживаниях? Надо взять себя в руки. Ну, обманули. Не в первый же раз. Проблема в том, что в лице обманщика выступил тот, кому доверяешь, на кого привык ровняться. И как я позволила себе забыть, сколько неприкрытой лжи было вылито на нас с Ваней в дни прибытия?

— Ничего, Солнышко. – Голова всё больше гудела.

Ещё недавно казавшиеся приятными коллеги, теперь представлялись ужасными монстрами. Не знаю почему, но грешок одного в моём сознании мгновенно переносился и на остальных, будто они были единым целым.

Я смотрела на сына, и понимание смысла его присутствия здесь, в тайге, кислотой въедалось в мой мозг. Он заложник в руках Пенелопы Витальевны и её окружения. Переживая за него, я буду вести себя смирно и благопристойно. Но зачем им это нужно? Все ли девочки заодно с Пенелопой Витальевной, или есть несведущие. За что они убили Наташу? И какую роль во всём этом играет книга Ерёмы Веснушкина?

Наверное, вы сейчас улыбаетесь — сколько домыслов я в одночасье приняла за истину. Однако мне было не до шуток. Помните, в самом начале повествования, я упоминала об особом чутье. Я всегда ему доверяла. И сейчас оно предупреждало меня о самом страшном зле из всех, с какими я когда-либо сталкивалась. Я знала, что оно, это неслыханное зло, притаилось рядом со мною. Осязала его каждой клеточкой своей души. А так как в Непорочном, как оказалось, живут только горстка библиотекарей, семья Марьи Дмитриевны и некий таинственный дядя Селиван, любая, даже самая микроскопическая ложь, вызывала подозрения. То ощущение беды, что заставило меня встрепенуться ещё в поезде, ни на минуту не покинуло меня, оно разгоралось внутри моего существа, готовое вспыхнуть в любую минуту.

— Мама, - Ванечка всё ещё обеспокоено рассматривал меня, - но ты такая… - Он погладил мои волосы и я, как кошка, прижималась к его пробегающей ладони. На какую-то долю секунды мне показалось, что Ваня сможет защитить нас обоих. Но что сделает ребёнок против целой своры хитрых коварных женщин?

— Я устала. И очень соскучилась по бабушке и дедушке.

— Я тоже. – Его чернявая голова упала мне на плечо. – Но мы же здесь не навсегда. Мне нравится в Непорочном.