Книга Что есть Книга, или Правила пользования библиотекой, страница 43 – Ирина Чеботарь

— Тут у нас в основном девочки из комплектования хозяйничают. – Опровергала моё предположение Пенелопа Витальевна. Галя, насколько мне известно, библиотекарь отдела искусств.

— Миленько. – Протянула я радостно. Вид хорошо организованной кухни-столовой почему-то поднял моё настроение.

— Тогда пошли дальше. – Пенелопа Витальевна предоставила мне выключать свет, а сама уже открыла противоположную дверь. – Тут у нас не самое интересное место – кладовая.

Снова мне пришлось моргать и пристраиваться к освещению ртутных светильников. Кладовая, как и столовая, находилась в середине здания, потому не могла похвастаться окнами. Когда мерцание прекратилось, я обозрела широкую внутренность обитой такими же, как в вестибюле и в коридоре панелями, комнаты с полным отсутствием мебели. Повсюду высились неорганизованные, хаотично разбросанные кучки бумажных коробок из гофрированного картона. Позади, ближе к стене, соседствующей с вестибюлем, я заметила дверцу.

— А там что? – Мой палец завис в интересующем меня направлении.

Пенелопа Витальевна вдруг насупилась. Похоже, у неё наступил, не зависящий от внешних обстоятельств, перепад настроения.

— Тоже склад. – Уныло протянула она, - но мы туда не пойдём. И так всё понятно. Склад он и есть склад.

Директриса тряхнула звонкой связкой ключей. Настороженно посмотрела на меня.

— Доступ туда только у меня имеется. Там подотчётные бланки хранятся.

— Ясно.

— Давай Галю твою навестим. – Я послушно поплелась за Пенелопой Витальевной, свернувшей направо в длинный коридор.

Следующая на приличном расстоянии от директорского кабинета дверь оказалась входом в отдел искусств.

Начиналась непосредственно библиотека. Я обнаружила, что сгораю от нетерпения ознакомиться с книгами и обстановкой залов. А ещё мне хотелось поскорее увидеть Ванечку.

Пенелопа Витальевна, чувствуя моё нарастающее напряжение, нарочно задержалась у двери, впилась глазами в моё лицо.

— Теперь я вижу, что ты настоящий библиотекарь. Наверное, температура поднялась? А? – Рука с толстыми коротенькими пальчиками плюхнулась на мой лоб. -Переживаешь?

— С чего бы это? – Моим ногам захотелось что-нибудь сплясать, ожидание становилось невыносимым.

— А с того, дорогая, – она буквально запела, – что там… – Её палец воткнулся в дверь, - ты встретишь такие книги…

Минутная пауза заставила меня задрожать всем телом.

— …их неоспоримая уникальность шокирует тебя. Так что готовься. Такого больше нигде не встретишь.

Ноги мои уже подгибались от нетерпения.

Мы вошли. Яркий свет, льющийся в окна, поначалу ослепил меня. Но скоро я различила моего Ванечку и Галю, сидящих с двух сторон единственного в отделе большого канцелярского стола. Галя, прямая, как доска, облачённая в халат, скроенный наподобие мантии, держала в руках какой-то странный, угрожающих форм предмет (я бы сказала, гибрид меду ножом и кухонной лопаткой) и целенаправленно тыкала им в бок книги. Ваня зачарованно, слегка приоткрыв ротик, глядел на это нелепое и глупое действо. Я ожидала, что Пенелопа Витальевна немедленно потребует от Гали объяснений, или, по крайней мере, заставит её прекратить издеваться над книгой. Но не тут то было. Директриса и ухом не повела.

— Вот он наш отдел искусств. – Благословенным голосом пропела Пенелопа Витальевна. – Гордость библиотеки. Как и его сотрудница.