Книга Баронесса Артандейл выходит замуж, страница 16 – Надин Нойзи

— Не волнуйся, — сказала она. — Я присмотрю за твоим фикусом. И за квартирой. И за тобой. Ну, то есть за твоим телом. Я не буду делать глупостей. Я просто… поживу немного. Хорошо?

Я хотела ответить. Хотела сказать, что я не против. Что я тоже не хочу возвращаться. Что там, в её мире, у меня есть дракон, который смотрит на меня так, как на меня никогда никто не смотрел. Но я не успела. Сон начал таять. Комната поплыла. Алиса улыбнулась и помахала мне рукой.

— Увидимся, — сказала она. — И спасибо. За квартиру. За книги. За фикус. И за дракона. Он у тебя… у нас… замечательный.

И тут я проснулась. В своей комнате. В замке. В шикарной постели. С шёлковыми простынями и запахом лаванды. И первое, что я подумала: «Фикус полит. Слава богу». А второе: «Алиса, кажется, неплохая. Надеюсь, она не сожжёт мою квартиру и не потратит все мои сбережения на что-нибудь безумное». А третье: «Интересно, она правда читает мои книги? Если да, то пусть начнёт с той, где дракон в конце превращается в человека. Это моя любимая».

Я улыбнулась, повернулась на другой бок и снова закрыла глаза. За окном светало. Где-то в замке уже начали просыпаться слуги. А я лежала и думала о том, что, кажется, у меня всё-таки лучшая жизнь на свете. Даже если она не совсем моя.

Глава 8

Следующие три дня я осваивалась. И, надо сказать, осваивалась с большим энтузиазмом. Если Алиса была колючей, недовольной и вечно всем недовольной барышней, то я решила стать её противоположностью. Ну, то есть собой. Наташей. Продавщицей из соседнего магазина, которая, может, и не блистала аристократическими манерами, зато умела шутить, смеяться и находить радость в мелочах. И, судя по реакции окружающих, это было именно то, чего всем не хватало.

Первым делом я решила, что не буду больше притворяться, будто мне скучно. Потому что мне не было скучно. Мне было безумно интересно. Всё вокруг — от расписных потолков до серебряных ложек — вызывало у меня восторг. И я перестала это скрывать. Утром, когда служанки пришли меня будить, я уже не лежала с закрытыми глазами, делая вид, что умираю. Я вскочила, потянулась и сказала:

— Доброе утро, девчонки! Какие у нас сегодня планы? Кто-нибудь уже видел лорда Даррена? Он завтракает с нами или опять уехал по делам?

Служанки переглянулись. Кажется, они не привыкли, что леди Алиса с ними разговаривает. Ну, ничего. Привыкнут.

За завтраком я болтала без умолку. Рассказывала Элоизе смешные истории — ну, то есть пересказывала сюжеты книг, которые читала, только адаптировала под местные реалии. Вместо «такси» у меня была «карета», вместо «телефона» — «магический кристалл». Элоиза слушала, открыв рот, и иногда прыскала от смеха. Леди Беатрис смотрела на меня с подозрением, но, кажется, была рада, что я хотя бы не грублю. Барон Готфрид хмыкал в усы и делал вид, что читает газету, но я видела, что он улыбается. Мирабель подмигивала мне и подливала чай. А лорд Даррен… лорд Даррен смотрел на меня так, как будто я была загадкой, которую он очень хотел разгадать.

— Леди Алиса, — сказал он однажды утром, когда я рассказывала Эдвину, как можно использовать магию для того, чтобы мыть посуду быстрее. — Вы сегодня… необычно жизнерадостны. Я помню, раньше вы говорили, что завтраки — это «пытка, придуманная специально для того, чтобы мучить людей, которые не выспались».