Книга Его враг – его жена, страница 20 – Ника Давыдова

Я осталась одна.

Тишина зазвенела в ушах. Я бездумно смотрела на тарелки перед собой. Мне вспомнились недавний совет Сэлиры о том, чтобы я наслаждалась богатой жизнью, пока могу.

На фарфоровой тарелке лежали ломтики жареной птицы, покрытые тонкой глазурью какого-то ягодного соуса. Рядом — аккуратные пирамидки из золотистого риса, и совсем сбоку стоял крошечный фарфоровый ковшик с густым кремовым супом, от которого поднимался пар, пахнущий орехами и чем-то ещё, сладким и диковинным. А в отдельной вазочке лежал виноград, каждый плод которого был покрыт тонким слоем инея, и от него тоже шел почти незаметный пар.

Я смотрела на всё это и почти не верила, что еда может быть такой цветной, яркой и даже на вид очень вкусной. В моей обычной жизни максимумом роскоши были сладкие булочки на ярмарке. Здесь же мне предлагали настоящий пир, но желудок сжался так, что кусок не шёл в горло.

Переключила свое внимание на конверты. Их было пять. Обычные, плотные, запечатанные сургучом, и только один выбивался из общей гаммы. Он имел чуть более розовый оттенок бумаги, чем у остальных. И от него тянуло ароматом духов — сладким, чуть приторным, в котором угадывались роза и мёд. На титульной стороне золотым оттиском значилось: «Приглашение». Возможно, очередной званый вечер или бал, где ждут Сэлиру?

Я не собиралась открывать ни один конверт. У меня не было сил ни на любопытство, ни на чтение чужих писем. Но именно этот словно тянул к себе. Пальцы сами потянулись, хотя в груди всё сжалось в тугой узел.

Плотная бумага хрустнула под пальцами. На колени выпал небольшой бумажный квадрат. Я подхватила его и замерла.

На белом фоне грубыми, разномастными буквами, вырезанными из газет, было наклеено всего одно предложение:

«На этот раз сбежать ты не сможешь».

Глава 7

Сил ругаться просто не было. Да и на кого? Сомневаюсь, что бумага с угрозой вдруг испугается и исчезнет, если я на нее накричу. Отложила ее в сторону, потом осторожно сняла с колен поднос с едой и поставила его на пол. Есть расхотелось окончательно.

«Сэлира?» — позвала осторожно.

Конечно, никто не отозвался. Владелица этого тела ясно дала понять в конце нашего разговора, что отдает его в мое полное пользование. Помогать она мне не собиралась, как и разъяснять происходящее. Натворила она… да я как будто со всех сторон окружена! Что если Сэлира крепко связана с темными отступниками, раз ее любовник был одним из них? Я же помню, как она с кем-то иногда разговаривала на неизвестном языке? Что если она является частью какого-то неведомого мне заговора? Но если это так, то ее союзники не должны присылать ей такого рода сообщения. И… Аэлрик сказал, что ей стало плохо после того, как она что-то выпила. Зная, что у нее на какой-то компонент аллергия?.. Может, кто-то решил от нее избавиться? Вдруг есть еще какая-то сторона?

Уголки глаз опять начало печь от подступающих от паники слез. Запрокинула голову к потолку, загоняя их обратно. Все в порядке, все хорошо. Как-нибудь выберусь. Хотя груз происходящего был по ощущениям слишком тяжелый для той, кто в жизни никогда не сталкивалась с такого рода испытаниями.

Я знала, что такое переживать вечную нехватку денег, что такое бояться ночи, что такое быть неуверенным в следующем дне. Но это… это было совсем иное. Там, в прежней жизни, все угрозы были понятны. Здесь же — одна неизвестность, и ощущение петли, которая вот-вот затянется на моей шее.