Книга Осторожно! Дракон на перевоспитании, страница 48 – Любовь Белых

Решив было, что искомое колечко было Сэймой где-то припрятано, я остановилась у раскрытого мешка с какой-то травой и ради любопытства, от нечего делать, заглянула внутрь.

— Крупнолистовой чай, что ли? – буркнула себе под нос, расправив края мешка в стороны для лучшего обзора. И тут-то кольцо себя проявило.

Чувство было такое, будто у меня палец отрезали! Боль, адская, резкая, точечная, заставила отскочить от мешка и взвизгнуть.

Конечно же, мне не могло повезти вот прям во всём. Претендента на роль перстня-артефакта оказалось два. Мой пострадавший, покрасневший и распухший указательный палец был стянут ободами двух колец. При мысли о том, что мне придётся ещё раз сунуться к мешку с чаем, над которым явно уже чего-то наведьмовала Лиаша, сделалось дурно.

— Тащи ковш с маслом, Барнс. – шипя от боли и вселенской несправедливости, приказала я притихшему пареньку. – А потом беги к графу. Я нашла отраву. Ту или не ту, не знаю. Но пусть проверяют. И да, чтоб я на кухне никого не видела!

Заполучив желаемое, я щедро обмазала палец маслом и принялась пыхтеть, стараясь стащить треклятые кольца. Результат был так себе. Палец, казалось, распух ещё больше. Ободы хоть и начали проворачиваться, но ни в какую не двигались с места.

«Экспериментаторша фигова! Давай, пусть тебе здесь палец отчекрыжат! Ещё бы на шею что нацепила, дура!» – ругалась на саму себя, вконец измазавшись в масле.

Наверное, нужна была нить, но мне оказалось достаточно одного дракона.

— И как это понимать? Что ты здесь устроила?

Я обернулась на звуки торопливых шагов, увидела злющего графа и вместо тысячи слов показала один-единственный палец. Хорошо, что указательный, а то мало ли.

— Болит. – вздохнула я.

Тэовар окинул кухню недовольным взглядом, оглядел меня с ног до головы, уставился на мой палец и коротко приказал:

— Рот закрой.

Я от такой наглости ошалела настолько, что даже ничего не успела ответить. А он как схватил мой палец, как сжал его, как дёрнул… У меня искры из глаз полетели, а из губ сорвался короткий вскрик.

— Просил же рот закрыть. – вздохнул он, скучающим взглядом разглядывая мои кольца.

— Палец-то отдай! – рявкнула я.

Никакой радости внутри меня почему-то не расплескалось от драконьей помощи.

— Что ты нашла? – отпустив мою руку, граф поднёс к свече одно из колец и недовольно прищурился. – Откуда оно у тебя?

— От верблюда. Верни.

— Вот уж нет. – усмехнулся кровожадно. – Рассказывай, что ты нашла. Полагаю, благодаря этому?

Всё-таки с алым камушком колечко – то, что я искала. Как пить дать, это оно. Не зря драконище его из лап не выпускал.

— Вернёшь кольцо, скажу. – я наивно полагала, что имею право диктовать ему условия.

— Не говори.

Хмыкнув, граф отошёл от меня, снял с груди странную верёвку с небольшим кулоном треугольной формы, продел в неё моё кольцо, свёл концы верёвки вместе и пошёл вдоль столов.

— Ах ты… – «хитрая задница», я предпочла сказать мысленно. – Так нечестно! Это моя вещь!

— Барнс сказал, ты весь день ничего не ела и готовка доставляет тебе удовольствие. Причина твоего нахождения здесь разве не в этом? Что-то не вижу, чтобы ты что-нибудь готовила…

— А мне Барнс сказал, что ты добрый и милосердный. Детский лепет, что ещё взять с подростка?

Двинувшись следом за драконом, я внимательно наблюдала за своим качающимся на верёвке кольцом, которое граф раскачивал как маятник, приближая и отдаляя его от многочисленных припасов продовольствия. Вскоре он дошёл до пучков трав.