Книга Ателье на Петроградской для опального дракона, страница 26 – Камелия Найт

В палату пускают только меня и Сергея. Роман остаётся у стены. Не спорит, и от этого мне ещё тревожнее.

Денис лежит поверх одеяла, бледный и злой. Правая рука прижата к телу широкой повязкой. Вдоль шеи, там, где у драконов поднимается чешуя, кожа красная, местами закрыта марлей. На ключице наливается густой фиолетовый синяк.

Я видела травмы на примерках: старые ожоги, плохо сросшиеся рёбра, суставы, которые уже не разгибаются до конца. Но эти следы свежие. От них невозможно отстраниться и подумать о припуске.

— Вы Ланская? — спрашивает Денис.

— Да.

— Скажите им, что я не дёргался.

— Кому?

— Всем. — Он кривится и осторожно поправляет повязку. — Куртку не могли снять не потому, что я разнес плечо. Я уменьшился сразу. Она уже тогда… вот здесь держала.

Он показывает здоровой рукой на основание шеи и ведёт пальцем к груди.

— Перед выездом было тесно?

— Нет. Обычная. Четыре месяца носил.

— После других пожаров?

— Была жёстче. Думал, высохнет. Все так думают.

Сергей отворачивается к окну.

— Кто — все? — спрашиваю я.

— У нас Рябов ворот подпарывал. В третьей части парень жаловался, что под рукой трёт. Может, не то же самое. Я не знаю. — Денис раздражённо втягивает воздух. — Только не пишите, что я форму не подогнал. Я к кладовщику ходил. Мне выдали размер больше, она болталась.

Он боится, что его обвинят. Лежит с вывихнутым плечом и сорванной кожей, а думает, правильно ли носил куртку.

— Я ничего такого не напишу, — обещаю. — Расскажите, где почувствовали первый рывок.

Денис вспоминает. Не по порядку, сбивается, злится на себя. Вода стояла по щиколотку. Потом жар ударил в спину. Он поднял балку, пропустил напарника, сам вышел боком. На улице ткань под мышками стала будто деревянная. Когда попытался сложить крылья плотнее, ворот потянул вниз. Боль пришла позже.

Я записываю его словами. Никаких догадок. Только где намокло, когда нагрелось, что он мог сделать руками до выхода и чего уже не мог после.

— Второй Мишка, — шепчет Сергей.

Денис слышит.

— Я не Мишка, — огрызается он. — Я Денис.

Сергей резко оборачивается.

— Да. Прости.

Вот зачем мне нужно было узнать его имя. Чтобы человек на кровати мог потребовать: смотрите на меня, а не на старую смерть.

Когда выходим, Роман стоит там же. Только теперь рядом с ним трое спасателей. Один что-то быстро рассказывает, второй показывает на свой воротник. Увидев Сергея, они замолкают.

— Продолжай, — требует тот.

Парень мнётся.

— Да чего продолжать… После банного комплекса у меня спина чесалась неделю. Я заявку не писал.

— Теперь напишешь. И остальные тоже.

Начальник службы оказывается сухим мужчиной с седыми висками. Он не представляется мне, только спрашивает Сергея, можно ли говорить в коридоре. Сергей отвечает, что молчали уже достаточно. Через пять минут конкретные номера партий приостанавливают до проверки. Куртки с похожими жалобами велят изъять, всем подразделениям — опросить сотрудников и передать журналы.

Решение принимают быстро. Страшно быстро — значит, Денис оказался достаточно близко к границе, за которой они получили бы ещё одни похороны.

— Ланская, — обращается ко мне начальник. — Вы готовы официально участвовать в осмотре изделий?

— В каком качестве?

— Как разработчик исходной конструкции. Нам нужно отделить проблему ткани от посадки, износа и неправильного размера.